— Я очень много-много лет мечтаю только о ТЕБЕ!
Рука с декоративным светильником поднимается над головой и опускается на рожу пулеметчика.
Раз, за разом.
С ритмом и широкой улыбкой мертвец, словно выбивал какой-то ритм.
* * *
— Ну? И как прошло? — спросил Георгий, вышагивая по коридору за Васильевым и начальником Центра.
— Неожиданно, — хмыкнул Николай Семенович.
— Потерь нет?
— Это как посмотреть, — вздохнул Васильев. — Троих перевели в штаб. Психотравма у них. Двое в больнице. Одному челюсть сломали, второму скуловую кость поправили. Двадцать пять процентов получается.
— Никто не погиб, — возразил начальник полигона. — По факту невозвратных потерь нет.
Георгий вздохнул.
— Ну, хотя бы никто не погиб. Уже неплохо. Кстати, что по выводам?
— Французские разрывные — дерьмо полное, — выдал Николай Семенович.
— Или мертвецы нашего Гарри слишком хороши для них, — добавил Васильев.
— Чем хоть мертвецов брали?
— Нашим спецбоеприпасом, — ответил начальник Центра. — На одного около десятка уходило. Не знаю, что там за нежить, но обычную нежить у аномалии кладут одним-двумя патронами. К тому же этим мертвецам даже отделение головы от тела не особо мешало.
— Мы еще будем проводить анализ, но пока... непонятно, как он это сделал, — признался Васильев.
— Ладно, — вздохнул Романов. — Попытку обуздать шило в заднице Мрак-Беленького считаю успешной. Думаю, если бы эти мертвецы оказались в городе, то мы не отделались бы «выговором знати». А так, всё вполне безопасно.
— И местами полезно, — хмыкнул начальник Центра.
Делегация прошла по коридору и вышла на плац, где находились построенные подразделения.
Георгий вышел, чтобы произнести торжественную речь по случаю окончания переподготовки действующих отделений боевого крыла, но замер.
Перед ним стояло третье отделение.
Мужики все побитые, с опухшими рожами и синяками по телу. У кого глаз заплыл, у кого губы на два огромных вареника похожи, а у парочки на лбу огромные шишки, словно рог оттуда сейчас вырастет.
Все третье отделение одето в женские платья и ничуть не смущается от того, что солдатские берцы к нему совершенно не подходят.
— Васильев, — сквозь зубы произнёс Георгий и повернулся к следователю. — Это что за херня?
Тот кашлянул, кинул взгляд на лёгкую улыбку начальника Центра и, вжав голову в плечи, изобразил оправдательный тон:
— Так это... Мрак-Беленький.
Глава 9
— И-и-и-их-хи-хи-хи, — тихо и противно в очередной раз засмеялся Гарри.
Боря и Катя, подошедшие сзади, переглянулись.
— Беленький, ты там совсем рехнулся? — спросила Екатерина и огляделась.