Схватив одного мертвеца за шиворот со спины и дернув на себя, он вонзил клинок ему в основание шеи и провернул. Мертвец тут же обмяк.

Второго пулеметчик повалил, скрутил и с бешеной скоростью молотил кулаками по голове. Мертвец же пытался выбраться и довольно отчетливо хрипел:

— Мне больно видеть белый свет... Мне лучше в полной темноте...

— Гена, держи его! — рыкнул командир отделения и прижал голову мертвеца, примеряясь, чтобы вогнать под череп артефактный клинок.

— Я очень много-много лет... мечтаю только о... ТЕБЕ!

После этого хрипа мертвец взбрыкнул, пытаясь скинуть с себя пулеметчика, но Василич резко вонзил специально подготовленную сталь в основание черепа, и мертвец тут же обмяк.

— Ты как? — взглянул на подчиненного командир.

Гена вытер кровь с разбитого носа и взглянул на командира.

— Нормально. Быстрые суки... У меня пулемет клину дал на французских маслятах.

Василич кивнул и крикнул в рацию:

— ДОКЛАД!

На втором этаже ещё слышалась стрельба, но на первом была полная тишина, нарушаемая тихим хрипом.

— Мне больно видеть белый свет...

Командир отделения покосился на светящиеся палки и обнаружил, что это...

— Василич, они нас хуями резиновыми пиздят... — возмущенно произнёс Гена.

— СУКИ!!! ЁБАНЫЕ ТВАРИ! — раздался вопль из центральной комнаты.

— Лишь бы не отъебли, — буркнул Василич и метнулся в центральную комнату.

Пулеметчик подхватил оружие второго номера и метнулся за ним.

В центральной комнате, идя в настоящий «пацанский» отмах и особо не понимая куда бьёт кулаками, сражался связист. Стойко получая резиновыми изделиями по всем частям тела, он отбивался сразу от семерых мертвецов, хором продолжавших хрипеть:

— Мне лучше в полной темноте... Я очень много-много лет мечтаю...

— Витька! Ложись! — заорал командир, вскидывая автомат и переводя на автоматический огонь.

Связист мгновенно рухнул на пол, а Василич открыл огонь, рвя плоть мертвецов спецпатроном. Не ушло и полмагазина, как рядом, упав на колено, открыл огонь пулеметчик.

Опустошив магазин и положив сразу четырех мертвецов, он ловким движением отстегнул магазин и вставил следующий. Его взгляд зацепился за мертвеца, что лез по стене, словно паук и направлялся к заветной цели — жёлтым кружевным трусикам.

— Потолок! — заорал Василич. — Держи объект!

Он вскинул автомат, но в этот момент выскочившая из соседней комнаты тень со светящимся фалоиметатором со всего размаху влепила ему по лицу с такой силой, что отправила его в бессознательный полет на пулеметчика.

— Твою мать! — заорал Гена и попытался навести оружие на противника, но тот навалился сверху, прижал автомат и прохрипел: