— Сидоров Степан. Разнорабочий, — хмыкнул в ответ он и вернул ему телефон.

* * *

Дарья хмуро вошла в кабинет к брату и без разговоров уселась в кресло напротив его стола.

Молодой Демидов поднял взгляд и вздохнул.

— Если ты опять, то я в этом участвовать не буду, — с ходу заявил Геннадий.

Дарья хмуро взглянула на брата и тяжело вздохнула. Заметив, что сестра не в духе, он хмыкнул и предложил:

— Давай, выкладывай, что у тебя?

— Он не звонит, — буркнула она.

— Кто?

— Мрак-Беленький.

— А должен? — вздохнул Гена. — Ты сдержала слово, он получил, что хотел. Всё? Вроде всё.

Демидова опустила взгляд и помрачнела.

— Та-а-а-ак. Ну, и что я не знаю? Мои люди в тайной канцелярии сказали, что ты была там, с ним в учительской. Ты стояла перед ним на коленях.

— Стояла, — буркнула девушка. — Он просил не рассказывать никому.

— Просил или слово взял?

— Просил, — вздохнула девушка.

— Ну, можешь и меня попросить никому не рассказывать, — пожал плечами Геннадий.

Девушка недовольно посмотрела на брата.

— Отцу не расскажешь?

— Нет.

— Он, в общем... Он сказал «Финал должен быть эпичный» и руку мне на плечо положил. Я на колени опустилась и растерялась. Ну, за ремень взялась, а у него бляха какая-то хитра... Мне та девушка все объяснила, а про ремень ни слова, вот я и... запуталась немного. А он мне сквозь зубы говорит, что я ему ничего не должна и можно просто головой кивать, но вставать не надо.

Брат шлепнул себе по лицу ладонью, а Дарья продолжила:

— Я хотела ему ответить, а он сказал, что если я ему просто подыграю, то это он мне должен будет. И слово дворянина дал.

— И ты просто кивала?

— Ну, я смутилась и растерялась, а он сквозь зубы прошипел, чтобы я ему в пупок дула, и он всё простит и должен будет.

— Даша, твою налево, — прошептал старший брат и потёр ладонями лицо. — Ты хоть в курсе, что вокруг творится?

— Нет, я в медцентре была. Перед поступлением в университет проверялась, — проворчала девушка. — А потом меня папа по врачам отправил на два дня в Москву.

— Крещенские отозвали свое предложение о помолвке. Гришины тоже, — вздохнул брат. — То, что тебя на фото не видно, и на выпускном гимне никто не заметил, не значит, что никто ничего не знает. Все думают, что ты там ему... дуло чистила.

— Ты Крещенского видел? Он же жирный коротышка! — недовольно возмутилась девушка. — Гришин, конечно, красавчик — девки штабелями лежат, но он же нарцисс редкостный! Самолюб такой, что не дай бог в его сторону не так посмотришь.

— Угу, и вообще тебе отец сказал, что сама выбирать будешь, — хмыкнул парень. — Везёт тебе, егоза.