Сидоров нахмурился и вздохнул, но тут до него дошёл аромат того, что испускала трубка.

— Погоди-ка, — смутился парень. — Это же не табак!

— Невозмутимость, четкость, готовность к любой ситуации и немного травки, — кивнул дворецкий. — Поймёшь, когда тебя в первый раз попробуют...

Тут Люциан взглянул на Сидорова.

— Кстати, не вздумай лезть в сарай, что на заднем дворе у ограды. Особенно в полнолуние. В полнолуние вообще лучше по территории не гулять.

— Почему?

— Он тебя сожрёт.

— Кто? Гарри или то, что в сарае?

— Сам сарай, — перевёл взгляд на стальную ограду с витиеватыми узорами кованных стальных прутьев. — Всех собак обглодал, зараза.

— Сарай?

— Да, — пыхнул трубкой Люциан и покосился на Сидорова. — Нюансы я тебе ещё расскажу, но основную суть ты понял. И на твоём месте я бы попытался успеть на поезд до города. Тебе надо ещё успеть забрать документы из университета. Так?

— Да, — нахмурился Степан.

— Если поторопишься, то можешь успеть.

* * *

Гарри хмуро обвёл взглядом зал.

Диванчики, составленные буквой «П», вокруг журнального столика, кресла у стены и полторы сотни аристократов, что расположились кто-где.

— Убранство здесь, конечно, шикарное, но смотрится как большая гостиная века эдак восемнадцатого, — буркнул Гарри и сунул руки в карманы.

Борис вздохнул, взглянул на друга, а затем перевёл взгляд на Катю, что крепче сжала его руку.

— Боишься?

— Не по себе, — призналась Катя. — Слишком много глаз.

— Привыкай, Катя, — вздохнул молодой некромант. — Половина пялится на меня, вторая на тебя. Я неведомая зверушка, а ты простолюдинка, вытянувшая счастливый билет.

— Гарри, осторожнее со словами, — спокойно произнес Боря. — Она теперь моя жена.

— Да, но от этого она не перестала быть мне другом, которому я могу сказать всё, что думаю.

— Он прав, Борь, — вздохнула Катя. — Я тут единственная без родословной в несколько колен.

— И у тебя три пути, — кивнул Гарри. — Либо ты выцарапаешь им все глаза, либо примешь все как есть, либо заставишь их себя уважать.

— Предпочитаю третье, — буркнула Катя, за что удостоилась довольного взгляда супруга.

— Дамы и господа, — появился из дверей мужчина в забавной синей мантии, покрытой золотыми звездами. — Сейчас, согласно списку я буду вызывать вас по одному в кабинет заседания приёмной комиссии. Прошу проявить терпение. Оно вам понадобится как в зале, что находится за моей спиной, так и во время учебы... Сейчас со мной в кабинет пройдёт... Головин Семен Александрович.

С кресла у стены поднялся парень в обычном сером и не примечательном костюме и направился к мужчине, за которым проследовал за дверь.