— Опять про трусики думаешь, фетишист? — упёрла в бока руки Екатерина.

— Нет. У меня проблемы, и мне нужно что-то решить с родом. Я хочу попробовать связаться с родом Мрак. У меня есть идея сделать кое-что интересное, но я понятия не имею, как к ней подступиться. Две недели назад я узнал, что скоро стану старшим братом, а ещё надо работать, медитировать и наконец сдать «глазастой» книге проверочную по «Некрокристаллам».

— Твоя книга ещё и проверочные задает? — смутился Борис.

— Нет. Просто следующая глава не откроется, если не предоставить для глаз на обложке доказательство усвоения материала предыдущей главы, — буркнул Гарри.

— Стоп, я не ослышалась, Гарри у тебя будет брат? — вскинула брови Катя.

— Я понятия не имею: мальчик у мамы будет или девочка, и не представляю, как к этому относиться, — вздохнул начинающий некромант. — Вроде как, и ничего страшного, но... это последнее, что я ожидал от мамы.

— Ребят, серьёзно, — вздохнул Гарри после небольшой паузы. — Со всем этим я, в принципе, могу справиться. Не могу только с одним.

Друзья переглянулись.

— Род Мрак, вроде как, затворники... — произнёс Боря, поняв, о чем говорит друг. — Это ведь сейчас основное?

— Да. И я понятия не имею, как с ними связаться. Борь, поможешь?

* * *

То, что на меня все свалилось разом...

Ну, скажем так.

Это была небольшое преувеличение. Бывало и хуже, но не в этой жизни. В этой жизни хуже было уже потом, но.. На тот момент это было действительно для меня большим напряжением.

Да, я шёл вперед.

Да, я занимался и старался стать сильнее.

Да, я точно знал: зачем и в какую сторону иду.

Но вот становиться старшим братом... Сейчас мне хотелось бы написать «не хотел», но тут было кое-что другое. Наверное, в первую очередь — это непонимание. Неизвестность.

Нет. Я понимал, что мама будет вся в заботах, и ей будет просто не до меня. Ну, и что? Я был довольно самостоятельным. Не получу её фирменных куриных ножек в секретной панировке? Да и бог с ними. Я знал, что она родной мне человек. И не морщитесь. Да, она мне была родным человеком, которая обо мне беспокоилась, за меня волновалась и была всегда на моей стороне. Даже, когда я сам понимал, что не прав. Просто эта неизвестность и точное непонимание перемен меня... пугали?

Да, наверное, это слово тут подходит больше всего.

Я на тот момент был ещё молод в теле, но возраст моего разума на тот момент не играл роли.

Почему?

Да потому что я все сильнее сживался со своим телом. Мне хотелось веселиться — и я веселился. Мне хотелось пошлых шуточек? Я шутил. Мне хотелось попробовать что-то неизвестное — я пробовал. И плевать, что это может быть опасным.