Гарри, ее сын, до школы которого оставалось всего два месяца, стоял чуть в стороне и мотал головой вверх-вниз. При этом левая рука была вытянута и изображала какой-то аккорд, а правая тряслась в районе таза.
— Литс! — прохрипел он не своим голосом и начал притопывать, изображая марш. — Литс ту драй фиар...
— Гарри... — растеряно произнесла Лариса, чуть не выронив компьютер из рук. — Гарри... что... что происходит?
Мальчишка замер и поднял взгляд на мать, затем опустил его на замерших тараканов с поднятой лапкой.
Он опустил руки, затем выпрямился, сложил их за спиной и стараясь держаться уверенно произнёс:
— Все нормально, мама. Я волшебник.
Глава 3
— Ларис, — произнес Петр, заглянув в пустую кружку из-под кофе. — Что-то случилось?
— А? — подняла она на него растерянный взгляд красных от бессонницы глаз.
— Я говорю, случилось чего? Мы вроде договорились кофе попить, а ты молчишь уже полчаса и на солнку эту пялишься, — произнес сисадмин дома культуры.
— Отчет просто... устала.
— Ларис, я знаю, что такое бессонная ночь. Что случилось?
Женщина пригубила уже остывший кофе и вздохнула.
— Слушай... что бывает с теми детьми, у которых дар открылся? — спросила она и взволнованно взглянула на парня. — Я слышала, что... их из семей забирают...
Пётр тяжело вздохнул и подтянул к себе блюдце, на котором лежала небольшое пирожное из птичьего молока и песочного теста.
— Гарри?
Лариса молча кивнула, обхватив кружку пальцами посильнее.
— У меня сестра старшая есть. У меня племянник такой же был, — произнес парень. — Его забрали.
— Как... как это было? Просто забрали ничего не объясняя?
— Нет. Дело в том, что у него дар огня прорезался, — вздохнул Петр. — Взбалмошный мальчишка был. Дрался постоянно, да и сам по себе характер тяжёлый был. На учете у психолога состояли.
— Значит, всё-таки забирают, — произнесла женщина и закрыла лицо руками.
— Тут так просто сказать нельзя. Дело в том, что... Он дом спалил. Алёнка в своём доме жила, в Серебряном бору. А тут муж её не выдержал и ремня засадил мальцу крепко. Ему уже двенадцать было и... обозлился он сильно. Ночью полыхнул дом.
— А сестра твоя с мужем?
— Гришка перепугался, когда понял, что натворил, и перебудил всех. Но дом полыхал знатно. Он клялся, что не специально, но комитет одаренных посчитал, что ему лучше будет в интернате для одаренных. Парнишку забрали.
— А ему... Как он в этом интернате?
— Он там недолго пробыл. К Аленке люди пришли из родовых. Рожевые. Поговорили, пообещали мальчику полную опеку, лучшее образование и наследуемое родовое имя.