— В смысле бросили? Мы друзья или где? — хмыкнул Борис и закинул кусочек блина в рот.
— Вы имели в виду, что настоящая дружба не прогнется ни под какую любовь и плотские влечения? — деловым тоном спросил начинающий некромант.
— Вы как всегда зрите в корень, друг мой, — тут же кивнул Борис.
— Вы что не понимаете? Да какая любовь?!! Им от вас только одно надо! Им ребенок от вас нужен! А если нет — то затащить в свой род! А лучше и то, и другое! — возмутилась Екатерина. — Я, блин, о вас забочусь, а вы...
— Ну, я не был бы настолько категоричен. Может, я тайный объект для чьих-то сексуальных фантазий, — вздохнул Гарри и, заметив удивлённый взгляд товарища, спросил: — Помните трусики Наумовой?
Зависла пауза, которую прервал Борис, застывший с нанесенной ко рту вилкой с кусочком блина:
— Друг мой, ваша поразительная способность создавать интриги не доведёт вас до добра! — он указал на Катю, сидевшую с крепко сжимаемым столовым ножом и легкой улыбкой.
— Катя, это не моя инициатива, но те трусики были влажными, — произнёс Гарри и мгновенно пригнулся, пропуская руку подруги над головой. — Катя! Я-то тут причем?!!
— Беленький, придурок! — возмутилась Катя и набросилась на Гарри, нанося ему удары маленькими кулачками по плечу.
Борис, с удовольствием жевавший блин, взглянул на улицу через огромное стекло, которое было рядом.
За ним ночь всё сильнее вступала в свои права.
Небо темнело, и светлым оставался всего краешек у горизонта. На улице светили фонари тёплым жёлтым светом. Мимо проезжали автомобили, а на перекрестке мигал зелёным цветом светофор.
В зеркале отражалась хохочущая физиономия Гарри, которую он тщательно укрывал под столом от девушки.
— Катя, я ни причем! Не я же их просил!
— Беленький, ты грязный извращенец! Что ты с ними сделал фетишист?!! Признавайся, придурок!
Борис расплылся в улыбке, ещё раз оценил композицию за окном, дополненную отражением друга, которого избивала подруга и вздохнул:
— Красиво!
Глава 14
— Гарри? Ты чего смурной? — спросил Петр, усевшись за стол с чашкой чая.
— А? — выплыл из хмурой задумчивости парень.
— Я говорю, смурной. Случилось чего?
— Да, так... Задумался о своём печальном будущем, — вздохнул начинающий некромант и осторожно отпил кофе из чашки. — Блин... пока сидел, оно уже остыло.
Гарри закрыл блокнот и тяжело вздохнул.
— Гарри, я тебе, конечно, не отец, но может поделишься? Одна голова хорошо, а две лучше... Признавайся. Опять какую-нибудь шутку думаешь натворить?
— С чего так решил?
— Так год, считай, на удивление спокойный, — пожал плечами Петр. — Обычно месяца не проходило, как ваша троица куда-нибудь не вляпывалась.