— Это не я — пролепетал Юрок.

—Ну как же не Вы, — дружелюбно ответил я. — Не тратьте наше время, пожалуйста. Нас тут двести человек ждут. Это же вы на фотографии. Все заинтересованные лица уже дали признательные показания. И Вы дадите, даже не сомневайтесь. У нас все признаются.

— Я не знал…

— Незнание законов не освобождает от ответственности, — мстительно припечатала Татьяна.

Она окинула победным взглядом приятелей "Чебуратора", которые предлагали подкатить к "тёлочке", мол "вы следующие, пацаны".

— Сергей, уведите, пожалуйста, гражданина, — обратился я к Воротынцеву, — пусть посидит до приезда полиции, подождёт остальных. Ему теперь спешить некуда.

Пара мощных секьюрити подхватила под локти Кравцова, у которого внезапно ослабели ноги и увели со сцены.

— Так, следующий!

— Григорий Углов Ник "Гильгамеш", — прошу сюда, проходите!

На экране мелькнули фотографии Гриши возле того же самого стрип-клуба.

— Ууууу… — единым духом выдохнул зал.

Так бывает в классе, когда вредный учитель повторяет бесконечно долго: "к доске пойдёт… пойдёт к доске…", а потом вдруг называет фамилию бедняги, и всех накрывает облегчение.

Высокий, черноглазый Гильгамеш, сидел, как мы и договаривались в центре зала. Услышав меня, он поднялся, потеснив соседей вышел к проходу и молча направился к открытой двери.

— Григорий! — крикнула юристка, — ну куда же Вы, Григорий! Это ведь Вы, правильно?!

Гильгамеш шёл, с каждым шагом вжимая голову в плечи. Никто его не останавливал. Никто не бросался вслед. Входная дверь открыта. Он шагнул в неё и скрылся.

— Григорий Углов претензий не имеет, — я отложил листок в сторону. — Следующий!

Застучали спинки откидывающихся стульев. Первыми двинулись приятели Чебуратора. Они шустро преодолели расстояние до выхода, и ныряли в спасительный дверной проём.

— Граждане игроки! —звала их Татьяна, — а как же претензии?!

—Подотрись ими, дура! —храбро крикнул один из ушедших, и выскочил наружу.

Не успели с корабля сбежать первые крысы, как гул в зале стал громче. Не выдержали нервы у одного, у второго… А потом народ ломанулся на выход, тесня и толкая друг друга. Не прошло и пары минут, как зал опустел.

— Ты что с ними сделал? — в дверях появилась Анна. — Меня чуть с ног не сбили.

—Напугал, — веселился я, — знаешь, какой я страшный! Арррр!

Анна с сомнением оглядела зал и обернулась к юристке.

— Правда-правда, Анна… Сергевна… — закивала та.

Татьяна, как настоящая карьеристка успела выяснить "Ху из ху", и теперь вела себя с Анной подчёркнуто скромно.