Эллочка глянула на мою куртку и опустила глаза. На привилегированный класс я никак не тянул. Я сам чувствовал себя неуютно. Хотелось врасти в стул, и притвориться стопкой документов или кучей старых вещей.

Дверь кабинета декана распахнулась, и оттуда выскочил ректор. За всё время учебы я его видел всего два раза. На первом оргсобрании, и второй раз случайно и издалека.

Сейчас ректор уставился прямо на меня. Поблескивающие очёчки в дорогой оправе, длинный нос, подрагивающий так, словно кончик живет своей жизнью, запах дорогого одеколона обдавший нас с Эллочкой волной.

Ректор поправил очки, пробормотал "чёрт знает, что такое" себе под нос, и выкатился из деканата.

— Северьянов, ты ко мне? — выглянул через приоткрытую дверь декан.

Степан Петрович Иванцов был отличным мужиком, за что его и не любило начальство. Потертый пиджак надет на клетчатую рубашку, седые волосы торчат задорным вихром. Про таких говорят "вечный студент". В кабинете у Петровича среди папок с делами, расписаниями и отчетами стоял закопчённый походный чайник, а в углу мешками были свалены палатки. Стройотряды, туризм, "изгиб гитары желтой". Декан не был "эффективным управленцем", поэтому и сам он, и его факультет не вылезал из бедности.

— Северьянов… — декан покачал головой с укоризной, и в то же время как-то виновато, словно ему стыдно произносить такое вслух.

Всех своих студентов он не только знал в лицо, но и был в курсе всех их проблем.

— Степан Петрович, отцу зарплату задержали. Он у частника работает, им нерегулярно отдают. Мы с мамой кредит возьмем, я до конца месяца все внесу, — начал выкручиваться я, зная, что никаких денег не будет, и я только выторговываю себе отсрочку.

— Нам уже запрос из военкомата пришел, — декан покопался в горе бумажек на столе, надеясь предъявить мне этот запрос, не нашел, и только многозначительно постучал по стопке. — И что мне прикажешь отвечать?

— Что я учусь…

Внутри похолодело. Армии я не боялся. До седьмого класса даже активно готовился туда. Бегал кроссы, вертелся на турниках. Просто я ничем не хотел быть похожим на отца. Даже этим.

— Северьянов, ты пойми, — декан ссутулился, и даже как-то вдруг состарился, — я знаю, что башка у тебя варит. Все преподаватели о тебе хорошо отзываются. Раньше я б тебя на бюджет перевел, и стипендию платил. А сейчас сам видел, — Степан Петрович мотнул головой на дверь, — деньги… деньги… деньги… По правилам я тебя должен был отчислить две недели назад. У тебя долг за первый семестр 30 тысяч! И за второй предоплату пора вносить!