Увидев на лице Амины выражение полного шока от его речей, парень поведал ей свою историю с того момента, как они с друзьями вышли из Ледяной пещеры. Рассказал о схватке с Чёрным Мао, и о времени, проведённом в тюрьме у фоциан. Самир, краем уха услышав часть рассказа, усмехнулся и довольно громко рассказал о том, как Лаут метался по камере от одного кота к другому, словно загнанная в угол крыса. Так Эдван понял, что помимо Амины его внимательно слушают почти все якобы медитирующие неподалёку люди, которые просто не подают виду. Тогда он сместил акцент и рассказал о заключении более подробно. Не забыл упомянуть издевательство фоциан, резню под Железной горой и особенно убийство принца, в отместку Самиру. А после… просто поведал, как ему совершенно бескорыстно спасли жизнь, исцелили и снарядили в путь, довольно едко сравнив этот поступок с тем, как его лечили в Городе. Услышав упоминание о старике Шан Фане, Амина недовольно поморщилась и помянула Первого.

— Как видишь, порой, у кошек куда больше человечности и понимания, чем у нас, — невесело хмыкнул парень, закончив рассказ о своих приключениях.

— Да уж… — вздохнула Амина, — я… мне надо это обдумать. Но теперь я хотя бы понимаю, почему ты здесь.

— Лучше расскажи, как прошёл ваш путь? — перевёл тему Эдван, — И что за сообщение вы должны передать от Агнара? Он вернётся на Перевал?

— Вернётся, но не скоро, — сказала девушка, проигнорировав выразительный взгляд командира, — ему осталось совсем немного до завершения какого-то «возвращения к истокам», после чего он сразу отправится сюда. Перевалу придётся продержаться до этого времени.

— Вот как… — пробормотал Эдван, но, решив не заострять на этом внимания, вернул разговор к выжившим, — так куда он привёл вас? Как там мастер Ганн?

— О, — хохотнула Лиза, — он-то, пожалуй, устроился лучше всех. Он теперь глава нашего клана. Ты не представляешь, как плевались некоторые надутые индюки…

— Я думал, путешествие собьет спесь.

— С большинства сбило, но кое-кто так и не смог вырваться из мира иллюзий, — сказала Амина, после чего её улыбка резко померкла, — он провёл нас через ущеье Ша-Суул. Не знаю, как ты в детстве умудрялся жить рядом с этим кошмарным местом… но поверь на слово, та арка в подземелье была лучше в тысячу раз.

— Ша-Суул, — пробормотал Эдван, вспоминая ущелье, — Непростое место, но…

— Непростое? — хмыкнула девушка, — да оно жуткое. Проклятое! Не знаю, что там случилось в древности, но атра там столь мерзкая, словно липкая, как слизь, а лёгкий ветерок пробирает до костей не хуже той арки. Сильного давления нет, но из-за тумана и постоянных налётов тварей любой шорох бросает в дрожь. Несколько человек сошло с ума, пока мы проходили его, — пробормотала Амина и поёжилась, вспоминая Ша-Суул, — выбравшись, мы отправились к реке Лимай, вдоль русла пересекли равнину и добрались до Лазурного пика.