Примерно через час бега на полной скорости, парень повернул на восток, посчитав, что сделал уже достаточно большой крюк, чтобы не попасться крупным отрядам обезьян, которые могли бы рыскать где-то близ Яли. Проснувшихся вместе с природой опасных тварей он не боялся. Доспех чудесно скрывал его атру, а сам он прекрасно видел всех опасных тварей и мог легко обогнуть их по широкой дуге. Через четыре часа непрерывного бега, Эдван почувствовал запах чего-то горелого, и уже через несколько минут увидел поднимающийся впереди столб чёрного дыма. Здесь, у самой границы леса, где бескрайняя зелень переходила в длинную равнину, что упиралась где-то далеко-далеко на горизонте в горы, деревья редели, из-за чего довольно легко можно было рассмотреть всё, что происходило в непосредственной близости от его опушки.
Впереди горела деревня. Старые дома, судя по цвету этого жуткого дыма, облитые какой-то дрянью, полыхали точно факелы во тьме, а вокруг них, в воздухе и на земле разворачивалось сражение. Обезьянье войско схлестнулось в смертельной битве с защитниками деревни. Всюду расцветали огненные цветки взрывов, выл ветер и дрожала земля от особенно мощных ударов, пока над деревней мелькали смазанные силуэты сражающихся одарённых. Те, кто был послабее, бились на улицах, прямо в толпе разбегающихся мирных жителей, среди которых Эдван заприметил как кошек, так и волков. Похоже, какая-то смешанная деревня на отшибе владений…
Скрытый тенью деревьев, юноша прекрасно видел всю картину сражения. И уже сейчас мог предсказать его исход. Весьма печальный. Как не старались защитники спасти своих односельчан, число их медленно и неумолимо уменьшалось. Всё чаще оттуда, из хаоса сражения, доносились отчаянные крики неодарённых, которые не успели сбежать, и вопли обезьян, что предвкушали скорую победу.
— Жестокие, высокомерные твари… пришли мстить за то, в чём сами виноваты — пробормотал Эдван, сурово нахмурившись. Он не чувствовал никакой особой симпатии ни к умирающим селянам, ни к их отчаянным защитникам, но сами обезьяны, их крики и мерзкие рожи… один вид этого сражения разжигал в его груди самую настоящую ярость. В голове юноши вихрем пронеслись воспоминания о резне в Туманной Чаще и днях, проведённых в плену под Железной горой. Эдван обнажил кинжал.
— Я ведь ещё не отблагодарил кошек за спасение, верно? — хрипло пробормотал он, оправдывая перед самим собой только что принятое решение и, окутавшись покровом молний, помчался прямо в гущу сражения.
Глава 82. Лунная тень
Мягко приземлившись на соломенную крышу избы, Шаина быстро оглядела поле боя и невольно зарычала, оскалившись. В моменты сильного напряжения её звериная сущность проявлялась сильнее всего, и сейчас был как раз один из таких моментов. Враг попался уж слишком могучий, и поражение, которого она, пожалуй, боялась даже больше смерти, неумолимо приближалось. Бой начался совсем недавно, не прошло ещё и десяти минут, но тигрице казалось, будто с того мгновения, как на деревню налетел отряд фоциан, прошла целая вечность.