— Предпоследняя преграда рухнула — констатировал доктор Кац.

— Пора занимать позицию — сказал я и указал лучом фонаря на гермодверь.

— Нет. У нас ещё есть пятнадцать минут, пока они будут готовиться к подрыву двери и штурму. Так что сначала мы закончим этот разговор — настойчиво потребовал Воронцов.

— Откуда информация о взрыве?

Услышав мой вопрос, хранитель червоточины оскалился.

— Неужели вы думали, что я не знал, как будут действовать люди Графини?

Я поверил Воронцову, и мы отошли подальше, заняв позицию рядом с третьей парой колонн.

— Задавайте любые вопросы. Только быстро, ибо ровно через десять минут, я начну задавать свои — потребовал Воронцов, и я, разумеется, решил воспользоваться его проснувшейся заинтересованностью.

— Какова главная цель возвращения Графини в СССР?

— Она жаждет получить контроль над последними осколками нашего тайного общества. Правильное использование червоточин, может помочь получить покровительство правящей страной верхушки. А иностранные гости, приехавшие в СССР под видом туристов, после тайно произведённых ритуалов, принесут Графине большой доход в валюте. А со временем всё это приведёт к получению власти. Но это всё не главное — неожиданно признался хранитель. — Эта стерва, жаждет вернуть Графа.

Последняя фраза Воронцова меня удивили и заставили задать родившийся в голове вопрос.

— Антон Львович, а разве Граф ещё жив?

— Ну как сказать — уклонившись от прямого ответа, Воронцов оскалился. — Другой бы, после того, что произошло, точно не выжил. Но то, что от него осталось, до сих пор дышит. В двенадцати километрах отсюда, на окраине Москвы, есть небольшое закрытое заведение, содержащее в неволе буйнопомешанных. Медицинский комплекс построен больше ста лет назад. И как вы уже, наверное, догадались, под ним находится одна из диких червоточин. Контролировать её так никто и не научился. Своего хранителя у аномалии тоже никогда не было. Но использовать быстро пульсирующую, бракованную червоточину, члены общества научились. Эта аномалия очень медленно высасывает жизненную силу у душевнобольных и персонала медицинского заведения, и попутно немного подпитывает всех инициированных, находящихся на расстоянии сотни метров от портала. Этим воспользовался самый преданный слуга Графа. Он забрал его тело, после покушения и поместил в палате, находящейся прямо над аномалией.

— Значит, Граф, это тот, кого Графиня называла первым — произнёс Кац, видимо, вспомнив подслушанный разговор.

— Да. Именно ради него она сюда и рвётся со своими прихвостнями.

— А почему она не привезла Графа сюда сразу, во время первого жертвоприношения? — спросил я.