Однако выйти наружу, я так и не успел. Гамалеев ворвался внутрь вместе со своим подручным прихлебателем и загородил выход.

— А вот и гнездо наших сонных участковых — с ходу заявил майор. — Привыкли тут самогонщиков гонять и баклуши бить. Как будете оправдываться? На вашем участке произошла квартирная кража. Да ещё в такой знаменательный для Советских граждан день. Девятое Мая! Праздник Победы омрачён из-за вашей некомпетентности.

— Товарищ майор, попрошу не нагнетать. Преступники навряд ли специально выбирали эту дату — возразил капитан Исаев, но Гамалеев подскочив к деревянной стойке, замахал перед его носом указательным пальцем.

— Капитан Исаев, я не позволял вам пререкаться! Согласно формуляру, спущенными во все территориальные подразделения милиции, министр МВД СССР, возложил профилактику возможных правонарушений, напрямую на участковых инспекторов. К тому же ваш отдел недавно доложил, что все до последнего уголовника выдворены с территории микрорайона. И что же мы получили сейчас? Настоящее ограбление, допущенье по вашей преступной халатности! И это в тот момент, когда весь Советский Союз вместе с трудящимися отмечает такую знаменательную дату!

Слушая машущего руками Гамалеева, я догадался, в какой именно день произошёл срыв дяди Саши. Значит, именно сегодня он, будучи под градусом, не выдержал и расквасил майору нос. Ну ничего, я подобной ошибки допускать не собираюсь, как бы Гамалеев сейчас не старался.

— Зря вы так, товарищ майор — громко сказал я, прервав поток того высокомерного бреда, что нёс Гамалеев. — Наши местные уголовники не давали о себе знать пару месяцев. Значит, работа участковых свои положительные плоды принесла. К тому же, тот, кто обнёс хату директора галантереи, может оказаться гастролёром.

Я чувствовал, что приезжие преступник здесь не при делах. К тому же знал, что почти все организованные группы, приезжающих в Москву уголовников, этот сезон намерены пропустить. Уж больно крутые кары им пообещали в случае поимки. Однако я знал, Гамалеева нужно сбить с боевого настроя. Иначе нормально поработать над делом, он не даст.

— Лейтенант Расторгуев, а с тобой у меня состоится отдельный, очень серьёзный разговор — начал он зло, но я, вместо того чтобы продолжать слушать этот бред дальше, обошёл его прихлебателя и направился к выходу. — Не сметь уходить, пока я с тобой не закончил!

Злость Гамалеева переросла в гневный рёв, и я почувствовал, как он рванул в мою сторону. Резко развернувшись в самый последний момент, я уставился на его перекошенную физиономию.