Конечно, можно решить вопрос, просто поговорив с этим Асланом, но лишнего времени на переговоры попросту нет. Тем более я понимал, одной встречей подобное точно не ограничится. К тому же даже заключённый устный договор, не давал гарантий, что через какое-то время наглый таксист снова не появится на горизонте и не начнёт подкатывать к Зине.

Действовать без подстраховки было опасно. И только одно успокаивало, у меня имелся опыт девяностых, и таких, как таксист Аслан я знал, как облупленных. Он же сейчас живёт в благословенные восьмидесятые, расцвет Брежневского застоя. Здесь, для того чтобы подняться, не нужно рвать зубами чужие глотки и переступать через трупы конкурентов. Сейчас даже самые отъявленные беспредельщики не такие резкие, и перед тем как пойти на крайние меры, несколько раз подумают. Это подтвердила встреча с братьями Сафроновыми. Были бы они немного порезче, точно меня завалили.

Добравшись до ресторана, я надел тёмные очки, прикрыв глаза, и направился к центральному входу. Зная, как это работает, и какие приметы люди запоминают, солнечные очки, я не собирался снимать весь вечер.

Зина говорила, что день рождения Аслана назначен на восемь. Ей приказано явиться в ресторан к девяти. Я же прибыл намного раньше, первого серьёзного наплыва посетителей не просто так. Нужно было подготовить место действия, так как договаривались.

За стеклянными вставками в массивную дверь, с висящей напоказ табличкой«Мест нет» , стоял усатый швейцар. Огромный дядька в красной ливрее, явно скучал и посматривал на улицу без интереса. Воскресенье для московского ресторана — это всегда лотерея. В отличие от пятницы и субботы, сегодня можно как неплохо заработать, так и уйти с парой трояков в кармане.

Конечно, это тоже неплохие деньги, но не для таких профессиональных привратников, как этот. Я примерно мог прикинуть, сколько он зарабатывает в этот временной период. Для подобных специалистов фейс контроля, официальная зарплата работника ресторана, это уж точно не главная статья дохода.

Они пускают посетителей за деньги. Могут продать втридорога, что-то мелкое, но страшно дефицитное и за небольшой процент, свести клиентов с валютчиками и фарцовщиками. Разумеется, каждый из швейцаров имеет связи в КГБ и прочих правоохранительных органах. Они сливают оперативным работникам, кое-какую информацию, не мешающую им вести бизнес на тёпленьком местечке.

После пяти табличка огораживает ресторан, действуя, как шлагбаум, на тех, кого пускать не надо. И является одним из главных элементов, обеспечивающих львиную долю заработка швейцара.