— Красилов смущенно потер нос. — Ну, когда собаки в селе взбеленились, знаете, что подумал? — Ну? — Что это оборотень! Глупость, правда? Денисов внимательно на него посмотрел. — Конечно, глупость. Оборотень после смерти обратно в человека превратился бы. * * * Разумеется, волк оказался обычным волком. А вот рана его — далеко не обычной. Горло было не перерезано, не проткнуто, а именно разорвано, но кто из обитателей здешних лесов мог оставить такую рану — не сказал бы даже самый бывалый охотник. Денисов делал записи в блокноте и все больше мрачнел. Почему-то докладывать о случившемся в район не хотелось совершенно. К часу — участковый видел в окно — вернулся отвозивший Макарского Витька, но вернулся не один: с заднего сиденья «виллиса» выбрался молодой человек в дорогом пальто, зашел вслед за шофером в контору. «Ну и слава Богу! — облегченно подумал Денисов, угадав, что за посетитель у председателя. — Стало быть, само разрешится». Впрочем, догадка его была верна лишь отчасти. Минут через десять в дверь кабинета постучали. — Федор Кузьмич, ты тут? — вежливо осведомился председатель. — Тут товарищ из райкома партии побеседовать с тобою хочет. Найдешь время? — Здравствуйте, здравствуйте! — радушно улыбнулся Денисов, поднимаясь из-за стола и протягивая ладонь для рукопожатия. — Участковый оперуполномоченный лейтенант Денисов. Очень рад, очень рад! — Угорь Евгений Юрьевич, — представился молодой человек. — Располагайтесь! Разденетесь? У меня тут тепло. Впервые у нас? «Товарищ из райкома», казалось, был несколько огорошен благодушным квохтаньем пожилого милиционера. Пальто послушно снял, оставшись в светлом костюме хорошей шерсти. «Тонковата одежка! — отметил Денисов. — Хоть и шерстяная, а нашим морозам не помеха. Впрочем, ежели его всюду на машинах доставляют…» — Семен Семеныч, ты гостя нашей водой уже поил? Нет? Непорядок! Вам, Евгений Юрьевич, непременно следует попробовать нашу колодезную воду! Хоть чай был бы сейчас более уместен, но поверьте — вы не пожалеете! Семен Семеныч, дорогой, не в службу, а в дружбу — ведерко в сенях стоит, принеси свеженькой! Председатель, и сам немного оторопевший от многословности участкового, вышел в сени, загремел ведром. Проводив его взглядами, оба шагнули в Сумрак. Время ощутимо замедлилось, звуки сделались глухими и протяжными. В окошко было видно, как размытая фигура председателя плавно скользит к колодезному срубу. — Угорь Евгений Юрьевич, — снова представился гость. — Иной, Светлый, руководитель районного Ночного Дозора.