Обещать она, может, и могла, слово убийцы не так много стоит, но вот гарантировать исполнение — точно нет.

— Ты на её стороне, что ли⁈ — возмутилась Белла.

Калия ощущала, что та задумала какую-то пакость.

— Помолчи, — осадила её мать. — И не делай резкий движений, целее будешь.

Чем может закончиться это противостояние, Калия выяснять не стала. Вместо этого она чиркнула ножом. Раз, второй, третий. Резала так, чтобы травмировать мышцы и перерезать сухожилия. Это сестру не убьет, но на месяц-другой выведет из строя. Больше и не надо. Они уже уйдут так далеко, что у той руки не дотянутся.

Жертва вскрикнула и рухнула на землю, когда Калия её отпустила.

— Забирай её, — сказала Калия. — В следующий раз, если сунется, — убью.

— Ты изменилась, — заметила мать, не сходя с места. — А ещё у тебя хорошие друзья.

Из темноты вышла другая фигура, с гигантским мечом. Калия про себя отметила, что Гатс, когда надо, умеет двигаться абсолютно бесшумно. От него не исходило опасности, поэтому девушка не заметила, как он появился.

Где-то сверху ещё и цепь звякнула, очень характерно. Спар тоже в стороне не остался. «Это они сами заметили мой уход, или Джиха их подослала?» — подумала про себя девушка.

— Забирай и уходите, — процедила Калия.

— Возможно, я гордилась не той дочерью, — едва слышно сказала женщина, подошла, наклонилась и подхватила раненую дочь.

Калия сделала вид, что не услышала этих слов. Были времена, когда она и убить была готова за похвалу матери. Сейчас же… Было как-то плевать.

* * *

Аконита тащила дочь, обдумывая ситуацию.

— Мама… — позвала Белладонна.

— Вспомнила, что я твоя мать? — с ядовитой насмешкой спросила женщина. — Надо было раньше об этом подумать, когда ослушалась приказа. Бросить бы тебя в канаве, чтобы точно запомнила урок…

— Кровь… Надо перевязать, — пискнула старшая сестра.

Несколько лет назад, до того как Калия ушла, Аконита, не задумываясь, оставила бы любую из дочерей в ближайшей канаве. Раз хватило мозгов ослушаться, должно хватить и позаботиться о себе самостоятельно.

Но время брало своё. В последние месяцы Аконита чувствовала себя старой. Отношения с мужем — испортила. Младая дочь — сбежала. Старшая тоже отделилась, работала отдельно, так ничего и не добившись. Жизнь Акониты превратилась в рутину, и она ждала, когда допустит ошибку и погибнет, исполняя очередной заказ.

Внезапно Аконита замерла. Вовсе не потому, что требовалось перевязать раны дочери. Дорогу ей преградила темная фигура. Женщина прекрасно видела в темноте, так что в её понимании темная фигура — это фигура, на которую набежали неестественные тени. Опустив дочь на брусчатку, Аконита достала нож. Она специально шла безлюдными переулками, чтобы их никто не увидел, а значит, встреча неслучайна.