Ну, ладно… Если честно, практически никто не доживает. Поэтому некромантов так мало. Один на каждый мир Веера. А потом, в финале, предстоит самое интересное. Убить своего учителя и занять его место. Думаю, вполне понятно, что мой учитель сильно не хотел умирать.

— Зачем ты вообще взял себе ученика, если знал, к чему все придет? — Спросил я его тогда, стоя посреди зала испытаний.

— А меня никто не спрашивал. — Он усмехнулся. — И тебя не спросят. Придет время, она велит. Укажет пальцем на конкретного ребенка и ты его возьмёшь. Хочешь того или нет.

— Очень сомневаюсь. — Ответил я учителю.

Самоуверенный был. Молодой. А вот теперь, пожалуй, соглашусь. Она не спрашивает. Делает, как считает нужным. Как ей выгодно.

В итоге, утомившись от бессмысленных действий, плюнул на все и завалился в койку.

Правда, прежде чем улечься, отвел себе душу, раз десять пожелав Смерти сдохнуть. Хотя прекрасно знаю, в случае с ней это не работает.

Потом раз двадцать с искренним восторгом представил, как она в ужасных корчах ползает передо мной на коленях, умываясь кровавыми слезами.

Ну и напоследок бесчисленное количество раз обзывал ее всякими матерными словами и бранными выражениями. В какой-то момент даже сам удивился, насколько широк, оказывается, в данном направлении мой кругозор и как богат словарный запас. Может и к лучшему, что Смерть не слышит. Думаю, ей это вряд ли понравилось бы.

После всех своих манипуляций в полном изнеможении рухнул в постель. Но тут же вскочил с нее, будто ужаленный.

— Да чтоб тебя!

Уставился на матрас, наблюдая за клопом, который только что укусил меня прямо в правую ягодицу.

Кстати, кроме матраса ничего на кровати не было. Имею ввиду, хоть бы простенькое постельное белье кинули сверху. Голый матрас и все.

Он выглядел относительно чистым по сравнению с тем шмотьем, которое было на мне одето. Поэтому я перед сном стянул штаны и рубаху, от которых, на самом деле, отвратительно воняло. Да, матрас тоже не самый прекрасный, но он хотя бы не источает ароматы дерьма. А теперь выясняется, что постель уже занята. Клопами!

— Нет. Так не пойдёт…

Я покачал головой, при этом беседуя сам с собой. Внезапно обретенная способность говорить ужасно, просто до одури радовала. Учитывая, что пока не могу обнародовать неожиданное, а главное, очень удивительное исцеление немого бастарда, придётся некоторое время болтать с воздухом. Впрочем, на фоне всяких голосов, которые я слышу, это не настолько уж странно выглядит.

С другой стороны, умный человек — лучший собеседник. А умнее меня тут вряд ли кто-то найдётся.