— Ой, — пискнула красотка, на секундочку стала выглядеть обычной десятиклассницей, которая без причины прогуляла школу. — Здрасте… А родителей дома нет, — растерянно произнесла Лена.

— А я к тебе, — улыбнулся ученице. — Может, выйдешь за калитку? Разговаривать через забор не очень удобно.

— Ой, проходите, пожалуйста, — дверца распахнулась, Верещагина отступила с дорожки и сделала приглашающий жест.

— Взрослые дома есть? — уточнил я.

— Нет, все на работе. Сестрёнка спит, — бесхитростно выдала Лена.

— Пожалуй, не будем будить сестрёнку, поговорим вот тут, в тенёчке. Не против? — предложил я.

Я, конечно, перестраховался, опираясь на реалии своей прошлой жизни в будущем. В двадцать первом веке ушлые школьницы, которые выглядят далеко не как юные невинные создания, прекрасно зарабатывают на своём несовершеннолетии. Понятно, что в советское время, конкретно в Жеребцово, мне вряд ли подобное могло угрожать. Но я решил, ни к чему лишний раз компрометировать ребёнка, о котором, судя по всему, и так добрые бабушки разносят сплетни по всему селу.

— Хорошо, — покладисто согласилась Лена и вышла на улицу. — А что случилось? Э-э-э… — девчонка запнулась, явно не запомнила моё имя, или просто пропустила его мимо ушей.

— Егор Александрович, ваш новый классный руководитель, — повторил я.

— Вместо Ольги Николаевны?

— Именно, — кивнул в ответ. — Скажите… скажи, Лена, почему ты сегодня не пришла в школу? Насколько мне известно, у вашего десятого класса началась трудовая практика. Нужно класс привести в порядок к первому сентября…

— Так все на работах, — перебила меня Верещагина.

— Всё да не всё, — улыбнулся я.

— Это как? — не поняла девушка.

— Вот ты, например, дома, — я вопросительно посмотрел на девчонку.

— А… — Лена чуть зарумянилась. — Сестрёнка приболела, мама попросила с ней посидеть… А мама на работе. И папа, — зачем-то уточнила юная актриса. Видимо, для пущей убедительности.

— А мама где работает? — поинтересовался я.

Лена замялась, нахмурила идеальные брови, но всё-таки призналась с лёгким вздохом:

— В библиотеке. А что? — подозрительно глядя на меня, тут же поинтересовалась девушка.

— А папа?

— В столярке. А что? — чуть агрессивнее ещё раз спросила Верещагина.

— Ничего. Просто знакомлюсь со своими учениками и их родителями. Значит, Лена, завтра я тебя жду в школе к восьми утра. В рабочей одежде, которую не жалко запачкать.

— Мы что, картошку копать будем? — фыркнула Лена.

— Окна, мыть, пыль протирать, полы красить, — перечислил я.

— Хорошо, — скривилась десятиклассница. — Это всё?

— Скажи, пожалуйста, Пётр Савельев в каком доме живёт? — уточнил я, сверившись со своим списком.