К тому же убивать кроликов для меня сложновато. В жизни не занимался животноводством. Для городского бродяги, как я, кролик — это добрый пушистик, сидящий в клетке, а не ходячий кусок мяса, как для многих деревенских парней.

«В любом случае, все не так плохо», — подумал, пытаясь взять себя в руки. — «Если б хотели тупо убить, то явно б особо не заморачивались.»

Скорей всего бабы подстроят ловушки. Сделают так, чтоб я не пошел испытание, показав слабость мужского пола. Тогда закон наконец-то отменят. И мужики никогда не смогут сравниться с женщинами даже чисто в теории.

От этих мыслей вдруг стало обидно. Апатия, преследовавшая меня эти дни, резко пропала. Захотелось показать напыщенным тёлкам кто в доме батя. Пусть статус амазонки не несёт особенных привилегий, но я получу его, чего бы это ни стоило! Здоровенные рамы с сиськами должны офигеть. Причем так, как никогда в своей жизни. Для такого я от души постараюсь.

Прокрутив это все в голове, я быстро пошел к двери.

— Уже готов? — недоуменно спросила рыжая баба.

— Не привык сиськи мять! — грубо отрезал в ответ.

— Вот это забыл, — грозно сказала брюнетка, показывая ошейник в котором я всегда ходил в город.

— А нахрен он нужен? — недоуменно спросил у дамочек, наблюдая, как зеленеют их лица. — Ладно, так уж и быть. Уже недолго осталось. — Добавил, выдержав паузу.

Быковать сейчас было глупо. Я надел ненавистную удавку и отправился вниз. За территорией гарема стояла большая черная карета с черной лошадью, упряжь которой была такого же цвета.

Казалось, что за мной приехала сама смерть. Интересно, зачем этот пафос? Наверное, аналог нашего «воронка». Сотрудники специальных служб, которые приходят в ночи. Возможно, я должен был испугаться, но напротив хотелось заржать. С трудом сдержал смех, садясь в мега пафосную повозку.

Мы довольно быстро понеслись по широкой улице, затем ушли влево. Каждый раз карета куда-то сворачивала. Город становился все менее… городским, и вскоре превратился в деревню.

Мне стало интересно; ни разу не был нигде кроме центра. Хотя, смотреть оказалось тут нечего. Деревня она везде одинакова: маленькие домики, луга, домашний скот, колодцы, лавки с продуктами.

Все это медленно проплывало перед глазами, навевая тоску. Поставить газовые трубы и повесить провода. Все, точно наша глубинка!

— Что, красиво? — в какой-то момент спросила рыжая барышня.

— Ну, так… колоритно, — спокойно ответил я.

— Ты лучше карту учи. За руку никто не потащит, — сказала брюнетка.

— Да ну, правда что ли? Я думал вы со мной и в сортир ходить будете.