Может, местные мужики умирают от секса с орчанками, и это особая казнь, только я точно не сдохну. Максимум, это стошнит и то вряд ли. Нужно постараться удовлетворить клыкастую, а после выпросить свободу. План тупой, как пробка, кто спорит. Но другого сейчас точно нет!

«Меня должна затащить в койку Шлерва! Она и больше никто! Любой ценой, твою мать» — подумал, и тут же вздрогнул от крика.

Парня, который бился в истерике, резко прирезали. Да, вот так просто. Одна из рядовых орчих проткнула его мечом, как жука, который лежит на дороге. По каменному полу полилась кровь, орчанки дружно захохотали, а мужчины резко умолкли.

Их зрачки сильно расширились, глаза стали большими, стеклянными. Мне тоже сделалось жутко. К счастью, логика не позволила спятить.

«Чего ещё ждать от орчанок? Не будут же они накрывать стол и поить нас шампанским», — подумал, когда хрипящее в предсмертной агонии тело тянули к выходу.

Затем горбатый орк выскочил из темного угла и стал вытирать кровь большой шваброй.

— Так-то лучше, — улыбнулась одна из помощниц Шлервы.

— Да, люблю тишину и покой. Так на чем мы остановились… — с улыбкой протянула главная тварь.

— Серьезные бабы! С такими шутить не стоит! — выпалил я, изображая восторг.

Парень, стоящий рядом, посмотрел на меня как на психа.

— Хочешь сдохнуть, как он? — спросила одна из орчанок.

— Оставь. Мальчик говорит правду, — одернула ее Шлерва.

Это было очко в мою пользу. Я сильно рискнул, но смог обратить на себя внимание бестии. Хотя, этого было мало. Шлерва стала осматривать каждого пленника, заглядывая прямо в глаза.

От этого все втягивали головы в плечи, становясь как бы ниже, и немного дрожали будто при нервном расстройстве. Я же постарался взять себя в руки. Когда жуткая морда оказалась перед лицом, попробовал слегка улыбнуться.

— Смеёшься? — повела бровью Шлерва.

— Любуюсь. Зубки у тебя ничего, — с трудом процедил в ответ.

Она должна была тут же остановиться. Я не боялся (по крайней мере, явно), делал ей комплименты, и вообще, я был нахрен красивым!

Да такой пацан для этой образины как подарок небес. Только все пошло очень плохо. Орчиха ничего не сказала, продолжив рассматривать пленных.

Я чуть не заорал от досады. Хочу, чтоб меня отымела клыкастая тварь! Почему жизнь настолько несправедлива?!

— Ты что? Хочешь с ней лечь?! — прошипел парень, стоящий рядом.

— Заткнись. Ничего ты не понимаешь, — ответил я, и паренек отодвинулся в сторону.

Тем временем, мой шанс на спасение таял, как туман поутру. Шлерва подошла к одному пленнику, затем ко второму и к третьему. Она остановилась возле широкоплечего парня, которому было лет двадцать пять. Орчанка взяла его за подбородок, а тот тут же зажмурился.