Даже Ирка из обувного, молодая сорокалетняя красотка, и то слегка не дотягивает. Но Ирка со мной бы не стала. К ней давно один ё… кавалер на Лексусе ездит. Вот где я, а где Лексус? У нас с ней только общение и философская жизнь, а уж явно не половая.

Пока крутил в мозгах всякий бред, красотка начала просыпаться. Она вздохнула, потянулась и оголила задний бампер по полной. Сердце у меня чуть не встало и не только оно! Но это скорей от волнения.

Вряд ли дамочка звала к себе старого нищеброда, чтоб валяться с ним голой в постели. Обернется и как завизжит! Эх, Сергеич, Сергеич, куда ж ты вляпался, дурик?!

От паники у меня в мозгах что-то щелкнуло, будто сильно по репе ударили. Перед глазами пронеслось много ярких картинок. Конечно, в них была не вся жизнь, но вчерашний день точно вспомнился.

* * *

Все начиналось обычно. Прохладным летним утром я деловито копался в помойке. Звучит не особо, ведь так? Хотя выглядит все очень пристойно.

Я не бомж, который ворошит мусорки, роясь во всяком дерьме. В мои интересы входит лишь сбор, или как говорят в наших кругах «поднятие» вторсырья.

Стеклянная тара, проволока, запчасти, банки алюминиевые опять же. Губернатор помешался на экологии. Точек специальных натыкали, чтобы брать разный хлам, и делать из него… другой хлам.

Говорят новейшая европейская программа. Знали мы эту программу еще при Союзе. Помню, газеты сдавал, бутылки от пива опять же. А теперь это снова вернулось, только называется по-другому, и миллиарды в помойку уходят, причем в прямом смысле слова.

Хотя, мне-то, какое дело? Сам уже явно не пионер, но на «жвачку» заработать охота. Это местной молодежи все «фи», а для нас-то дело привычное. Полчаса не пыльной (но вонючей) работки, и прибавка к фрилансу готова. А на сплетни плевать, не в том возрасте, чтобы всех слушать.

Так вот, утро было холодным, но не совсем. В легкой ветровке мне было вполне комфортно. А сбор сегодня выдался очень хорошим. Поднял два пакета добра, скажем так. Можно идти восвояси и отметить пивком это дело.

Тут я заметил мотор или другую штуковину, что лежала на дне контейнера. Полез туда, только в ногу вступило. Снова чертова хромота! Вот тебе и травма на стройке… Инвалидность за нее не дают, а жить постоянно мешает.

Чую, не достать мне мотор, а переворачивать бак слишком глупо. «Ладно, черт с ним, с мотором. Мне и этого хватит по-стариковски», — подумал и решил уйти прочь.

Конечно, я не старик в прямом понимании слова, в душе еще вполне молод. Мне всего-то немного за тридцать; настолько, что пятьдесят шесть. Но важно, какой ты внутри!