— А ты общаешься с остальными? Ну, с теми, кто твою даму обслуживает, — спросил, когда мы сели на лавку.

— С мальчиками Агнессы другими? Да, а чего нам делить. Мы даже сами решаем, кто, когда с ней останется. Это с виду мужики — слабый пол, а так мы всем управляем.

Конечно же, Эйгор соврал, но я кивнул в знак согласия, не желая разжигать глупый спор. Мы еще слегка поболтали и поняли, что уже вечереет. После обеда день летел очень быстро. Близился ужин с салатами и легкой кашей.

Вечерний прием пищи был не фонтан. Я повадился выпрашивать котлеты и жареную рыбу, что была предназначена для охранниц. Иначе б, ложился голодным, ведь пироженками и прочей фигней не наешься.

Думая о еде, я зачем-то взглянул на небо, где вздымались темные облака, как клубы ядовитого дыма. Тучи здесь были другие, хотя в чем отличие, объяснить очень сложно.

Глядя на облака, я услышал шорох травы и звон стали. В последние дни мне казалось, что надвигается нечто плохое. За мной будто-то кто-то следил, и жизнь в наложниках Лильки не могла быть радужной и стабильной.

Чувство опасности не давало покоя. Жаль, нельзя было вспомнить, что делали с телом до этого. Вдруг меня пытали маньячки, которые теперь идут по пятам?

Конечно, территория охраняется, так просто в усадьбу не пустят. Но все же было как-то тревожно. Я почувствовал холод под сердцем, шаги, тем временем, приближались, и перед нами показалась охранница. Стражница была высокого роста с белыми волосами, в такой же форме, как Галька.

Она отлично знала Егора, и тут же начала флиртовать, озорно улыбаясь.

— Эй, ты, что тут гуляешь? Не боишься простыть и промокнуть? — игриво спросила она.

— А чего мне бояться? Я такую погоду люблю, — кокетливо пропел Эйгор. — А мокнуть — больше по твоей части.

— Опять твои пошлые шуточки! Так и знала… Иди, вон, к Агнессе скорей. Она тебе скачки устроит.

— Скачек бояться, к лошадкам не подходить, — игриво хихикнул Эйгор.

Он напоминал пародийного гомосека из какого-то фильма. Я рассмеялся от такой мысли, чем привлек внимание дамы.

— О, в нашем саду растет новый цветок, — тут же сказала она. — И как зовут этого милого принца?

— Талион. Я здесь недавно… работаю.

Работой такое не называют. Но я не знал, как сказать по-другому, потому ляпнул первое, что пришло в голову.

— Хех, и как работёнка? — подмигнула блондинка. — Если трудно зови, пожалею.

— Вельда, хорош! Клеишься к каждым брюкам! — одернул ее мой товарищ, встав с лавки.

— Ой, ну и что. Я ж не виновата, что баба. А здесь пацанов красивых две сотни…

— Две? Да хоть двадцать две! Тебе вчерашнего не хватило? Будешь плохо себя вести, ничего не получишь.