Плюс, остаётся глобальный вопрос — где мы на самом деле находимся и кто всё это устроил? А главное, зачем?

Поднимаю взгляд в затянутое тучами небо. Спустя секунду опускаю его на карлика и озвучиваю вопрос.

— Тут вообще бывает солнце?

Тот выворачивает голову и непонимающе хлопает глазами.

— Солнце? Н-нет, Толб не помнит. Всегда хмуро, всегда темно. А Толб хочет света. Как раньше…

На момент зависает, после чего печально кривит зелёное лицо.

— Толб точно не помнит, как это, но знает, что это хорошо. Когда солнце, песок, женщины. И все трогают тебя сами. Не надо заставлять. Р-раз и сами. Хорошо…

Тянет последнее слово, а до меня доходит очевидная разница между двумя категориями местных, которую можно было понять ещё по названию. Стёртые лишены памяти. Если у нас её избыток, то их мозги полностью зачищены. Что наталкивает на логичный вопрос — чьи на самом деле воспоминания хранятся внутри моего мозга? Сразу за которым следует второй — какого уровня должна достичь цивилизация, чтобы так свободно управляться с человеческой памятью?

Едва не ухожу в построение гипотез, но быстро себя останавливаю. Не время, Кельт. Ты сейчас не на совещании и не в своём кабинете. Вокруг лес, наполненный потенциальными врагами. Считай, что ты снова в южноамериканских джунглях, где каждый шаг может привести к подрыву на мине, а бойцы золотодобытчиков всегда объявляются в самый неподходящий момент.

Встряхнувшись, окидываю взглядом выживших. Пожалуй, теперь пора объяснить им правила игры. Вернее, озвучить их и предложить согласиться. Откажутся — их право, силой я с собой тянуть никого не буду.

— Собираемся. Давайте все вот сюда.

Говоря, указываю на молодую поросль, что находится совсем рядом и добавляю.

— Только смотрите по сторонам.

Дождавшись, пока все соберутся, разместившись поближе, тоже забираюсь в заросли. Если в процессе разговора рядом и появится противник, визуально он нас сходу не обнаружит. Как минимум, это будет куда сложнее, оставайся мы на месте.

Прохожусь взглядом по лицам остальных. Диана настороженно ждёт, Андрей чуть растерян, а француженка напряжённо прикусила нижнюю губу.

— То, что мы до сих пор живы, результат скорее везения. Которое может исчезнуть уже во время следующей схватки. А такая, уверен будет. Не знаю, куда мы попали, но условия тут точно не тянут на комфортные.

Делаю короткую паузу, давая им возможность впитать услышанное. Продолжаю.

— Я готов вести вас дальше и сделать всё, чтобы все члены команды остались живы. Но с определёнными условиями. Безоговорочное выполнение приказов в боевых условиях, разделение трофеев на моих условиях и движение по моему стратегическому плану.