– Дёма?!

Она всегда звала его Дёмой.

– Привет, – Демид решительно поднял глаза.

Он старался смотреть только на бывшую. Но сердце ныло от осознания того, что ее муж злорадно пялится на него.

– Вот консультант, всё вам расскажет и покажет, – начальник ушел, а Демид тоскливо глядел ему вслед.

Гнетущей тяжестью навалилось неловкое молчание. Галина задумчиво разглядывала мужчин, видимо, сравнивая. Ее плотно сбитый коренастый муж, заложил руки за спину и ходил вдоль полок.

– Хотите купить монитор?

Демид спросил Галю, но ответил ее муж.

– Да, большой и хорошего качества, – не поворачивая бычьей шеи, пробасил он.

– Тогда «Самсунг»! Хорошая матрица, надёжный… – внутри обливаясь кровавым потом, Демид удерживал маску продавца…

«Она по-прежнему привлекательна, даже больше чем раньше…» – Демид еле сдерживал слёзы, наблюдая издали, как его бывшая оплачивает покупку. – «…А муж настоящий боров».

Стройная Галина щебетала перед кассиром, её небольшой животик чуть выпирал под облегающим платьем, тёмная головка то и дело поворачивалась к борову, личико радостно светилось.

Острыми когтями ревность терзала Демиду душу.

«Предательница! Продажная сука! Тварь!»

Демид тяжело сопел, в висках отдавался пульс, зубы скрипнули. Вот женщина, что бросила его как ненужную вещь, а теперь смеётся и подобострастно вертится вокруг борова. Кулаки Демида сжались, на руках проступили вены, ноздри раздулись.

«Ничего, я еще отплачу!»

Галина аппетитным телом прижалась к мужу, её алые губы коснулись уха борова, потом она выпорхнула из его объятий и пошла обратно в торговый зал.

Демид испуганно забегал взглядом, ища спасение, его губы задрожали, лоб покрылся испариной, он нервно сглотнул.

– Привет, – подойдя ближе, сказала Галя.

– Виделись уже.

– Ну да.

Молчание между ними повисло, как китайская стена, Демид нарочито внимательно работал: смахивал пыль, выравнивал товары, поправлял ценники.

– Как живёшь, не женился?

– Нормально! Нет, что-то не хочется, – Демид прикусил губу.

На миг побеждённое молчание вновь навалилось свинцовым грузом, разговор не клеился, словно они встретились первый раз.

Галина поёжилась, её чёрная головка наклонилась, губки поджались, она оглянулась.

– Мне надо идти.

– Пока, – Демид равнодушно пожал плечами и поправил очередной ценник.

– Пока, – Галя развернулась и зацокала каблучками.

Невольно взгляд Демида покосился на её маленькие упругие ягодицы, которые проступали под платьем, от ревности потемнело в глазах. Как же он ненавидит: эту предательницу, ее мужа-бизнесмена, этот магазин, этого начальника… всё человечество!