бросали на нее хищные взгляды и поправляли форму.. Майор Глеб Андреевич стоял у фуршетного стола, сжимая в руке бокал с минералкой так, что стекло жалобно похрустывало. Рядом с ним, засунув руки в карманы парадного кителя, переминался с ноги на ногу курсант Воронов, которого пригласили как лучшего студента курса знающего английский язык. Оба мужчины, не мигая, смотрели в дальний угол зала. Там, сияя голливудской улыбкой, Анну Владимировну плотно оккупировал подполковник иностранной делегации — высокий, подтянутый блондин с щегольскими усиками. Он галантно жестикулировал, то и дело наклонялся к Анне слишком близко и что-то увлеченно говорил, отчего девушка тихо и красиво смеялась. — Товарищ майор, — не выдержал Кирилл, его глаза злобно сузились. — Этот натовский павлин сейчас её взглядом разденет. Посмотрите, как скалится. Гляньте, гляньте, он её за локоть тронул! Глеб желваками заиграл так, что лицо превратилось в каменную маску. Его накрыла такая глухая, бешеная волна ревности, что в глазах потемнело. Он ни черта не понимал по-английскому, и это бесило его сильнее всего. — Воронов, — процедил Глеб сквозь зубы, не поворачивая головы. — Ты у нас спец по языкам. Переводи. Живо. Что этот индюк ей чешет? Кирилл прислушался, ловя обрывки фраз, и его лицо мгновенно налилось пунцовой краской от злости. — Он говорит… — Кирилл сжал кулаки. — Говорит, что её глаза глубже, чем океан, над которым он летал. И спрашивает, не хочет ли она показать ему ночную базу. Мол, он очень хочет оценить местное гостеприимство в её комнате. И… твою мать, он предлагает ей улететь с ним после учений! Глеб медленно поставил бокал на стол. Стекло все-таки треснуло. Майор поправил воротник кителя. — Значит так, курсант, — тихо, но с леденящей душу угрозой произнес Глеб. — План такой. Мы сейчас подходим, ты переводишь ему мою фразу: «Еще один шаг к ней — и ты у меня, сука, полетишь на родину без самолета, пинком под зад». Если он дернется, я его вырубаю, ты прикрываешь от полковника. Понял? — Так точно, товарищ майор, — с готовностью отозвался Кирилл, в котором сейчас солидарность с командиром против общего «врага» взлетела до небес. — Я его сам готов из окна вышвырнуть. Идемте. Они уже сделали два синхронных шага вперед, готовые убрать иностранца с радаров, но Анна Владимировна, заметив маневр своих мужчин, вовремя сориентировалась. Она сделала изящный шаг назад, уходя от прикосновения подполковника, и что-то твердо ответила ему на английском. Блондин мгновенно сник, натянуто улыбнулся, поклонился