Посмотрел талантом на шатры — первые два пусты, а в правом, как раз необходимом мне, спят люди. Блин… Ладно, будем верить, не потревожу.

Так же спокойным шагом пересек освещенный участок. Прижавшись к стене шатра, сделал с десяток шагов и юркнул под сложенные друг на друга складки шкур, обозначавшие вход. Дыхнуло теплом, запахами масла и пряностей, от которых защипало в носу. Тут же замер, вглядываясь в темноту уже обычным взглядом — свет, к моему удивлению, тут был, пусть и не больше ночника. Шел он от десятка тускло мерцавших камешков, закрепленных вверху двумя линиями — от входа до противоположной стены. А освещали они большей своей частью не совсем то, что я ожидал увидеть, слыша про сокровища. Но, определенно, увиденное ими тоже можно было назвать.

В центре шатра, на нескольких десятках мехов, из которых было выстлано настоящее ложе, закрытое бежевой тканью, лежали две девушки, нагота которых скорее не прикрывалась, а подчеркивалась невесомыми накидками до бедер. Кожа их была чуть смуглой, как бывает у красавиц на берегах средиземного моря. Формы зрелы и весьма завлекательны, чисты и ухожены. Идиллия, только вот от правых рук девушек идет светлая полоса натянутой ткани, чуть мерцающая медным светом, до медного же кольца, исписанного черными линиями, продетого через центральный столба шатра, что был у изголовья их ложа.

Неслабое такое богатство припрятал Мерен. Лица не разглядеть, но когда тот говорил о невозможной красоте моих жен, то явно имел под рукой кое-что пусть и уступающее в своей волнительной притягательности, то не сильно. Только вот, присмотревшись, не выглядят его рабыни постельными игрушками — мышцы бедер и ног очерчены, как бывает у тех девушек, визиты которых в спортзал давно отошли от фитнеса к становой тяге. Не скажу, что это их сильно ухудшает, но той домашней нежности, что есть в моих женах, я не видел. Впрочем, этот груз мне точно с собой по реке и через ящеров не потянуть, да и незачем — сами не захотят ломать ноги — пяточки розовые и изящные, никогда не ходившие по мерзлой земле. С определенной долей вероятности, у «сокровищ» все вполне хорошо и в этом нелепом мире, полном несуразностей. Их место и статус почти на самой вершине. Что я им предложу? Условную свободу за порталом, без знания языка и документов?

Тряхнув головой, выкинул лишние мысли. Да и те — из-за Тани пришли, которая за местных дам переживала. А мое дело — клинки, которые поди еще разгляди по углам шатра, заставленным скорее хламом из свертков высушенных трав и перетянутых бечевой шкур, чем тем, что я желал бы видеть добычей. Короче, золота, серебра и меди россыпями тут не было. Зато были сундуки, числом восемь, расположенные по четыре вдоль каждой из стен. Обычные, деревянные — скорее, ящики: до колена в высоту, с гранями полтора на метр, с крышкой, уложенной сверху без петель. Зато, что важно, не было и замка.