Мои четыре сороконожки уже за счёт переборок создали себе тела и вырубились на свободу из изначального отсека.
В отсеке, конечно, уже никого в живых не осталось, да и вообще приказ однозначный. Так что я сомневаюсь, что минут через пять там хоть кто-то останется.
Успеваю смотреть за активностью своих големов, вести разговор с Алексом. И даже на автомате завтрак успеваю доесть.
И это только радует.
На самом деле четыре подобных существа, которые сложно заметить, которые могут перемещаться по потолку, вентиляции и крупным жилам вентиляции. Могут прогрызать себе за секунду дыру в переборках. Аппетит такой видеофон однозначно отбивает. Мои големы действуют максимально эффективно, и, скажем в каюте рядовых бойцов, от наверное, десятка человек, остается только разорванные части тел со сложной идентификацией.
Турки стреляют почем зря, но как убить неживое? Это целая проблема. Даже с некромантами это не всегда работает просто, а тут некромантами и не пахнет.
Сороконожки врываются в каюты, в которых прячутся османы. Пробегают насквозь пустые каюты, прогрызают пути в стенах, нападают из тени. Через пару минут зачищают капитанскую рубку, рулевого, боевой пост и рубку механика.
Четыре минуты. Ровно столько големам требуется, чтобы превратить разведывательный дирижабль Османской империи в корабль-призрак. Но корабль пока так и идёт в том направлении, которое задал его рулевой. Благо магии в амулетах, видимо, хватает. Через ощущения своего голема более или менее вижу рубку рулевого.
— Ну да, — соглашаюсь с капитаном. — Давай попробуем посмотреть, как бы сделать так, чтобы корабль шел туда, куда мне нужно.
Встаю и иду в рубку рулевого вместе с капитаном и Алексом.
Глава 3
— … Ну да, примерно понятно, — киваю, наблюдая за действиями рулевого. — А если нужно менять скорость?
— Это сложнее. — Никита с удовольствием рассказывает о возможностях дирижабля. — Зачем это вам, Максим? Может быть, если мы будем знать нужный результат, будет проще рассказать как к нему прийти?
И Алекс, и Клим полностью согласны со словами штатного мага.
— Сначала я должен был понять, возможно ли, то, что я задумал… — Прикидываю узнанное. — Сейчас дирижабль осман, что нас атаковал, довольно быстро от нас удаляется.
— Макс, — тут же влезает Алекс, — Абордажем дирижабля занимаются специально обученные части. У них и десантные корабли есть, и сами они много умеют, да и действуют в составе соединения обычно — никто не любит абордажиров. У нас же ни одного такого бойца нет. Я не подойду даже с натяжкой. Летать я все же не умею. Турки…