Покачивание головой. Я не идеал. Далека от него. Я просто принцесса с мышиного цвета волосами и глазами, которые будто не могут решить, какими им стать – голубыми, серыми или зелеными, не такая стройная и грациозная, не такая прекрасная, как ее мать, королева. Когда я была совсем крохой, мама целый месяц держала меня на руках. Доктора сказали, что я слишком маленькая и мой удел – ранняя смерть. Они советовали лечить меня пиявками и кровопусканиями. Но вместо этого мама решила в течение целого месяца прижимать меня к своему телу. И каким-то чудесным образом это сработало, и я не умерла. Потому что, видите ли, моя мать – само совершенство. Сейчас моя совершенная, удивительная мать стоит передо мной, залитая утренним светом, и вещает о чем-то очень важном, что мне следует сделать. Что я должна сделать. Что должно быть сделано непременно. – Битси, дорогая, не смотри на меня так… но время пришло. Да, она называет меня Битси – сокращенно от Элизабет. – Железо надо ковать, пока оно горячо! Весна – идеальное время. Твой дебют уже состоялся. Да и вишня вот-вот расцветет. Свадьба пройдет в летнем поместье. Представь только! Повсюду вишневый цвет! – Они могут быть подружками невесты? – Я киваю в сторону двух королевских камеристок, Розы и Сюзетты, которых знаю с пеленок. Мы вместе плескались в озере, лепили пирожки из глины на берегу, играли в прятки в бесконечных коридорах замка. – Разумеется, нет! – восклицает мама, а затем, сообразив, что они рядом и все слышат, добавляет: – Мы, само собой, любим наших дорогих Розу и Сюзетту… но в их жилах не течет королевская кровь, и потому… – Но почему это так важно? – спрашиваю я. Мама раздраженно вздыхает: – Битси, мы проговаривали это тысячу раз. Не я выдумала эти правила. И не твой отец. Они передаются из поколения в поколение. Жить так, быть монархическими особами, обладать титулами… это привилегия. Я недовольно бурчу: – Какая же это привилегия, если я не могу сама выбрать подружек невесты? Мать пристально смотрит на меня: – Элизабет Клементина Руа. Ты – принцесса этого замка и будешь вести себя подобающим образом. Плохо уже то, что… Она замолкает. – Что плохо? Что я уродина? – Уродина?! Нет, конечно! Ты прекрасная принцесса, и любой принц из любого королевства будет счастлив взять тебя в жены. – Тогда почему мне все кажется столь безнадежным? Абсолютно все? Словно нет ничего ни плохого, ни хорошего. Только бесцветное. Однообразное. И так будет всегда. Пусто. Серо. Скучно. Мои слова изумляют даже Розу и Сюзетту, они перестают