Часть II 1 Дневник короля Я на грани безумия. Если бы не моя прекрасная жена, королева, я бы бросился головой вниз с южной башни. На сегодняшний день нас посетили пятнадцать целителей, пятеро прорицателей и забавный маленький человек с удаленных территорий, от которого пахло так, будто в последний раз он принимал ванну десять зим тому назад. Всякий раз советники заверяли, что каждый из этих людей гений и непременно разбудит мою дочь. Целители предлагали натереть принцессу мазями, напоить отварами, сделать ей кровопускание, поставить пиявок, прочитать над ней заклинания. Потерпев неудачу, каждый приносил глубочайшие извинения и заявлял, что ничто и никто не способен ее вылечить. Один прорицатель зашел так далеко, что намекнул, не стоит ли избавить принцессу от страданий. После чего быстро скатился по лестнице северной башни. Королева, разумеется, без ума от горя. Мне невыразимо больно видеть, как она все глубже погружается в отчаяние. Королю не подобает чувствовать себя беспомощным или, по крайней мере, показывать это. Король должен быть сильным – ради королевы и королевства. А вчера случилось нечто абсурдное. Нас с королевой ошеломили слова одной омерзительной колдуньи, морщинистой и безобразной, которая настояла на том, что должна донести до нас свое бредовое предложение. Я собирался приказать, чтобы ее выгнали из замка, но, к моему удивлению, королева решила дать ей аудиенцию. И тогда из отвратительных уст злосчастной старухи мы услышали: чтобы принцесса проснулась, надо поцеловать ее. Поцеловать! Будто это когда-то кому-то помогало. Старуха тем не менее продолжала вещать о жутком проклятии, которое можно развеять… лишь поцелуем предназначенного судьбой принца, который прославится с тех пор под именем Принца Очаровательного. Честно говоря, я чуть не рассмеялся, услышав этот бред. Но, к моему великому ужасу, моя жена, похоже, считает, что такой план действий – эта безнадежная попытка, диктуемая суеверием и безрассудством – вполне приемлем. Все же я должен стараться вести себя как человек понимающий. Не хочу, чтобы дорогая королева проплакала всю оставшуюся жизнь. Я предвижу, что этот план с треском провалится. И не могу дождаться, когда старая карга исчезнет из нашего замка. 2 Карета моего нового вульгарного знакомого гораздо богаче, чем у проклятого графа Перегрина. Внутри и снаружи она позолочена и украшена пасторальными сценами в золотых рамках. Даже на потолке изображены облака и ангелы. Это великолепно, хотя и немного чересчур. Подушки сшиты из бархата