— Предлагаю уходить, — говорит Степан, — я кабана подвязал к рогатине, вообще, так делать не надо, все-таки оружие, но как временное решение пойдет.

Мы вместе поднимаем переноску на плечи и идем в сторону временного лагеря.

— Так, на обед будет волшебная кабанятина, — улыбается егерь, сразу как дошли до поляны. — Никогда такой не пробовал, и вряд-ли попробую. Тут дикий чеснок я видел, так что будет точно вкусно. Только давай кабана на границе пятна от крови освободим, неспокойно мне что-то.

Мы переходим видимую границу Пятна, и егерь подвешивает кабана, что бы слить кровь. Выливает остатки воды из основного меха в малую флягу. Из коры делает небольшую воронку. Ставит это все под кабана и надрезает артерии, что бы спустить кровь.

— Поедим всухомятку. Воды у нас в обрез, но уж очень не хочу оставлять кровь в овраге. Наверняка тоже чего то стоит. А до стойбища нам недалеко. Сходи, поищи хворост. Нам немного надо. Я пока место под огонь приготовлю.

Егерь очень аккуратно снимает кусок дерна, в стороне от деревьев выкапывает ямку, в которой планируется костер.

Я приношу хворост, предупреждаю Степана и возвращаюсь на поляну Волшебного Леса.

В центре поляны лежит большой странный орех. Примерно с мой кулак. Я забираю его и тут же приходит понимание, что его можно посадить не сразу. Этот орех может лежать веками, но посадить стоит. Это как бы просьба от Леса. Я мысленно соглашаюсь. Когда пойму что и где у меня в планах, вот тогда и посажу там, где буду жить. И в ответ ловлю эмоцию довольства. Этот вариант отлично устраивает Лес.

Наш странный разговор прерывает Спутник.

— Я пробежался здесь. На расстоянии минут пятнадцати никого вам опасного нет. Но мне совсем не спокойно. — немного нервно говорит Лис. — В воздухе какое то напряжение висит. Может пойдете?

— Не, не получится. Степу закоротило на волшебной кабанятине. С учетом, что крупных животных из Пятна не приносят, то я его даже понимаю, хотя сам бы конечно, побыстрее вернулся. Я тоже себя немного странно чувствую, но думаю полчаса погоды не сделают, ведь ничего крупного рядом нет. А от мелкого мы отобьемся. Раз у нас немного времени есть, про себя не расскажешь?

— Да особо нечего. Я пока лисом был жил где-то в снегах. Лесов у нас мало было, в основном, как у тебя в памяти, тундра. Почему я стал духом не знаю. Но если взять твое желание все объяснять, то могу предположить, что в момент смерти я был наиболее Лисом из многих. Вот и стал Духом. — рассказывает Лис.

— Потом у меня памяти нет, но есть понимание развития. Сейчас у меня один хвост, и почти получившееся понимание второго. Хвосты у лис, показатели силы. Это я почему-то помню. Вроде, когда второй смогу проявить, что-то из магических умений получу, когда третий — разум. А это уже уровень Среднего духа. Четвертый — не знаю, но знаю, что если вдруг дойду до пятого, то смогу оборачиваться. Кем, правда не понятно, но, думаю, человеком. Что там дальше — не знаю. Но пока я с тобой, я точно в выигрыше. Вы же люди в развитии не ограничены. И мне от этого перепадает. А чем больше я вырасту, тем больше буду полезен тебе.