В отчаянном порыве накрыла широкую кисть мужской руки своей ладонью. Мне хотелось его успокоить, найти какие-то особенные слова, подтверждающие мою правоту, но я ничего не знала о его семье. Конечно, можно просто попытаться общими фразами выказать участие, только вряд ли чем-то смогу помочь. Нейтону требовалось признание отца, а не заверения постороннего, что все у него наладится. – Меня с самого детства воспитывали вторым вариантом. Если у Алистера что-то не сложится, я должен буду заменить его, – недовольно качнул головой Нейтон. – Алистер заболел и не смог отправиться на деловой ужин с отцом? Нейтон бросай учебу и переодевайся. Алистера пригласили на вечеринку – я должен сидеть в конторе и отвечать вместо него на письма. И так во всем. Отца никогда не волновала моя жизнь, – он снова глотнул вина. – Мои планы могли разрушить в любой момент, если требовалось заменить старшего брата. – А твоя мама? Как она относилась к подобному отношению? – спросила я, проникшись к судьбе парня. – Разве она могла что-то возразить тому, кто властен не только над ее судьбой, но и ее детей? – уголок рта нервно дернулся. – Она успокаивала меня в детстве, старалась найти слова, объясняющие поступки отца. Когда повзрослел и поступил в академию, где давление ослабло, она стала отстраненной, словно ее больше ничего в жизни не волнует. – Но в академии ты не был одинок, – мягко напомнила ему. – О да! Там я почувствовал свободу. Именно резкий контраст показал, насколько я был зависим от отца и брата, – Нейтон откинул голову назад, упираясь затылком в стену, и устало прикрыл глаза. – Первое время не мог поверить свалившемуся счастью, а потом … я стал упиваться свободой и всем, что она давала. Я учился у лучших преподавателей, стремясь стать не просто одним из первых студентом, но превзойти Алистера, чтобы доказать отцу – я не запасной вариант! Нейтон Лекрам – личность. – Тебе это удалось, – тепло улыбнулась ему. – О Нейтоне Лекраме все парни говорили с уважением, а некоторые с завистью, девчонки вздыхали вслед, надеясь на твое внимание. – Ты тоже? – он резко распахнул глаза и на меня посмотрели остро и требовательно. – Я – нет, – твердо ответила и отвернулась. Зазнайство Лекрама никогда не импонировало. Но и остаться равнодушной, постоянно находясь в среде восхищения Нейтона, не получалось. Конечно, я болела и переживала за соревнования, когда он участвовал. Наблюдала за его беседами с красивыми студентками, и, разумеется, не раз становилась свидетелем разговоров между девчонками, обсуждавших