– Кот твой, – как маленькой пояснили мне. – Ну да. Представляешь, на старости лет остался без угла, а я его приютила, – постаралась описать историю с моей стороны. – Лиси, в твоем доме двое мужчин, – недовольно покачал головой боевик. – Один в младшие братья тебе годится, второй в дедушки. Тебе надо нормального найти! – Угу, – мрачно согласилась с ним, – как будто нормальные по улицам ходят и за руки меня хватают. В этот момент мальчишка курьер толкнул меня в бок, прикрикнув: «Посторонись!», и, если бы Лекрам не ухватил за руку, точно бы распласталась на брусчатке. – Эй! – гневно выкрикнул Нейтон, но посыльный помчался дальше, расталкивая прохожих. Перед главным входом в департамент ожидали две богато украшенные кареты. Повозки лекарей отправили на задний двор, чтобы не мешали движению. Глядя на дорогие экипажи, я предчувствовала неприятности. И даже начинала подозревать, какие именно. Конечно, подростки, пожелавшие отправиться в Зеленый дол, оказались отпрысками богатых семей. Вызванные родственники поспешили урегулировать вопросы с законом, а мне визит обеспеченных граждан грозит серьезными разбирательствами. – Как ты могла согласиться на Зеленый дол? – со вздохом задал вопрос Нейтон, разделяя со мной опасения. Ответа не требовалось. Мы шагнули в широкие переходы здания. Разговор прошел на повышенных тонах. Правда, досталось не только мне. Подросткам сделали внушение, объявили запрет на перемещения без сопровождения взрослых в течение года и отправили в больницу для оказания помощи. Родители задержались. После того, как их ненаглядные чада отбыли, они решили обрушить свой гнев на меня. Неожиданно в бранном споре у меня оказалось сразу два защитника: Лекрам и Буркаш. Оба безопасника доказывали невиновность того, кто отправляет путешественников, зато доходчиво описывали безответственность тех, кто не слушает разумных доводов. Главным и неоспоримым доказательством, что я сделала все возможное для безопасности подростков, стали амулеты для экстренного возвращения. Навязанные, врученные насильно, они сыграли роль в спасении не только жизни ребят, но и моей. Вскоре пришли известия о здоровье пострадавших, и родственники поторопились покинуть департамент. Не убежденные, но немного успокоенные самочувствием детей, родители покинули здание. – Филисити Стоун, с вами разговор не закончен, – грозно осадил меня Буркаш, когда я попыталась улизнуть в общей толпе. Пришлось вернуться обратно на судное место и выслушать свой приговор. Как Буркаш защищал меня перед разгневанными