Входная дверь хлопнула и в спальню метеором влетела Алина.

— Эти твари ушли. Лиза! Ты должна их остановить! Они не имеют права! Что они здесь вообще учинили? Это произвол!

— Тшшш, — произнесла я.

Но закемаривший в кольце моих объятиях сыночек всё равно разнылся и мне пришлось вновь взять его на руки. Я бы с удовольствием сейчас пряталась в ванной и порыдала, но любимый сын на руках вызывал улыбку. Однако и страх тоже. Вдруг его у меня отберут? Кто я, чтобы противостоять олигарху?

— Выйду за старика, но тебя у меня никто не заберёт! Никто! — произнесла сквозь слёзы.

— Ты что, систер, совсем сбрендила?

Алина посмотрела на меня круглыми глазами.

— Видимо, да. Так испугалась. Господи, да я не могу придумать ничего ужаснее разлуки с ним!

Слёзы всё — таки сорвались, потекли по щекам водопадом. Огромные горячие капли смывали макияж и помогали справиться с нервным напряжением. Самую малость и ненадолго!

— Выходить замуж за старика не надо! У тебя ведь есть Демьян! А у Вари — Глеб! А у меня — Макс! Неужели мы все как — нибудь не придумаем и не справимся с ситуацией? У нас всё получится! — попыталась утешить меня сестра.

Только вот голос её звенел от волнения и страха.

— Алина, не знаю. Я готова на всё, чтобы защитить его. Это… это… Материнская любовь — она на грани добра и зла. Мне кажется, я убить за него могу. Притом голыми руками и с особой жестокостью.

— Страшная ты женщина, Лиза. Особенно зарёванная и с потёкшим макияжем. Дай сюда моего племянника и иди в душ постой. Заодно наревёшься там на три года вперёд, успокоишься и будем думать.

Однако думать я была не способна и после душа сразу отключилась на диванчике рядом с Данечкой. И, похоже, даже не шевелилась, поскольку так и держала его за ручку.

— Ну ты горазда дрыхнуть, — поприветствовала меня сестра, когда я выползла на кухню. — Данька уже второй раз спит.

— Второй?

— Ага. Я услышала, как он агукает, зашла, он по тебе ползает, а ты в отключке.

— Не может такого быть! Материнский сон самый чуткий в мире!

— Это нормальный сон. А у тебя посттравматический, — с важным видом заявила сестра.

— Да, наверное.

— Точно тебе говорю. Скоро подъедет Макс, будем думать, что дальше делать. А тебе, кстати, звонил Демьян на домашний. На сотовый не дозвонился, я же его отключила, чтобы тебя никто не беспокоил. Я сказала, что ты будешь готова к восьми.

— Чего? — Я глупо похлопала глазами. Со сна ничего не соображала, только и думала, что о визите Розы Германовне и «Какой ужас! Какой ужас!»

— Он заедет в восемь, говорю. Ты вообще не проснулась, что? Кофе сварить?