О, Эфес! Он, даже стоя на коленях, выглядит так, что он хозяин положения. Ни на грамм я не ощущаю слабину или превосходства над ним. Он настолько сильный, что лежи он умирающий в постели, все бы преклонили колени.
Молчу, не могу ответить. Все на грани и в ожидании.
Глава 46. Сильным.
- Нет. Не убил.
Мой облегчённый выдох выходит слишком шумный, разрезая эту тишину, что окутала словно вакуум.
И я срываюсь. Отпускаю себя. И падаю в его объятья. И будто впервые в своей жизни дышу.
- Почему это для тебя так важно? – шепчет, зарываясь в мои волосы на шее и шумно втягивая мой запах.
- Потому что я не хочу, чтоб тебя боялись. Я не хочу тебя бояться. Хочу, чтоб тобой восхищались. Как я.
Не стала говорить, что каждое убийство уничтожает душу. Во всех обителях Эфеса, об этом постоянно твердят. Возможно, я уже не спасу его, да и незачем, но стать чуточку лучше, ведь возможно?
Смешок мне в волосы. Ну вот даже ему смешно. Наивная я, да?
Он аккуратно собирает мои волосы в хвост в своей руке и открывает мою шею. Водит кончиком носа, задевая губами кожу, разбрасывая дикие восторженные мурашки на тех местах. Всё тело в ответ пылать начинает, что я еле сдерживаю стон, что неуместно чуть не вырвался. Мы, вообще-то, о серьёзных вещах разговариваем.
- Ты испугалась, верно?
- Да, — честно на выдохе признаюсь и чуть ли от удовольствия глаза не закатываю.
- Я не подумал об этом. Ты ведь еще совсем волчонок. - Целует ключицу и немного прикусывает ее. Что сердце само начинает скакать в ритме его вдохов и выдохов.
Он тянет меня за волосы назад, и я запрокидываю голову, и он сразу же впивается в меня взглядом.
- Но власть по-другому не удержать, Дэфне. Без наказания люди будут творить все, что захотят. И все начнёт выходить из-под контроля, в полнейший хаос.
Кладет меня на пол и нависает сверху. Воздух накаляется, становясь искорками, что покусывает кожу. Кажется, если он меня сейчас не поцелует, это сделаю я. Но он срывается первым. Разрывает блузку, и его грубые, немного шершавые ладони проходятся от талии к груди. Губы встречаются в таком диком танце, будто мы изголодались, словно звери. Я тоже хочу коснуться его и пытаюсь расстегнуть жилетку, а потом рубашку. Но слишком трясёт всю, руки так дрожат, что совершенно не слушаются. И эти пуговицы словно пытка. Альфа задирает юбку и вместо того, чтоб снять трусики, отодвигает их в сторону.
Проводит пальцами по складочкам, собирая влагу и размазывая, надавливая на клитор, не сильно, но ощутимо, что я выгибаюсь и стону на весь хол. Очень надеюсь, что дальше этой комнаты слышно меня не было.