— Ммм, — промямлила в ответ, не зная, что сказать.

— И потому я хочу сказать вам, что, несмотря на таинственно поменявшееся отношение знаменитого профессора археологии, не стоит рассчитывать, что подобным же путем вы добьетесь и от меня хорошей оценки в зачетке.

Сперва я не могла понять, о чем он говорит. А потом смутная ленточка понимания соизволила завязаться в весьма некрасивый бантик.

— Вы думаете, я его подкупила? — возмутилась я, нервно дернувшись. От этого игрушка у меня внутри дразняще сдвинулась. Я постаралась не шевелиться, посильнее натягивая юбку.

— Мне не важно, что вы там сделали, — поднял руку мужчина, — главное, что у меня вам придется сдавать экзамен по всей строгости. Это ясно?

Я фыркнула от праведного гнева.

— Да хоть завтра.

Преподаватель ухмыльнулся.

— Ладно, идите.

После этого препод, казалось, совсем потерял ко мне интерес. Собственно, я к нему тоже.

Я развернулась и, нервно попрощавшись, вышла.

Хорошо, что лекция была последняя, и можно было ехать домой. Очень хотелось поскорее оказаться под защитой родных стен. И желательно, чтобы это были стены ванной комнаты.

Я тихонько дошла до туалета, стараясь меньше шевелить ногами. Не получалось. Мое тело успело успокоиться после оргазма, и эта напряженная расширенность между бедрами начинала странно возбуждать заново. С одной стороны, это было так грязно и вульгарно, так неправильно и порочно. Но с другой — почему-то так волнительно приятно.

Закрывшись в кабинке, осторожно вынула предмет. Это оказалась красивая металлическая капля золотого цвета, с одной стороны которой красовался гвоздик с красным камнем. Судя по всему, он торчал снаружи, а сама капля была внутри.

И что мне с этим делать?

Я расположила руку с игрушкой над мусорным ведром и с чистой, незамутненной радостью разжала пальцы. Несмотря на то, что штуковина выглядела дорогой, мне не хотелось ее видеть. Как и Лекса.

Без нижнего белья ходить было все еще неловко. Я словно чувствовала себя полностью голой, уязвимой. И это подсыпало яду в чашку моего расстройства.

Я вышла на крыльцо перед институтом, уныло спустилась по лестнице, нервно натягивая юбку пониже.

— Эй, крошка, это же ты, я тебя узнал! — раздался голос у меня за спиной, стоило мне отойти чуть дальше от здания.

Повернула голову, нахмурившись. Передо мной стоял незнакомый парень. Высокий, широкоплечий и совершенно чужой.

— Я тебя не знаю, — сказала и собралась отвернуться, как он грубовато схватил меня за плечо.

— Да брось, это же ты, Мила-Текила! Я две недели назад в клубе с тобой поговорить пытался, а амбал-охранник меня оттолкнул.