— На что ты намекаешь⁈ Ты кого бараном обозвал⁈ — с пол-оборота начал заводиться Москвич.

— Я? — посмотрел с показным недоумением.

— Ну, не я же! Вот сейчас! Только что!

Третьяк подошел, встал позади меня. Да и похрен. Я любые подколки спускать не намерен. Шутники.

— Слушай, друг, — нарочито дружелюбно ответил ему, — Ты, похоже, в себя не веришь.

— Что⁈

— А того, есть такой до конца не изученный феномен — самопозиционирование называется. Например, стоит толпа, занимается своими делами, вроде бы с все нормальные мужики, так с первого раза и не подумаешь, что там дырявых целая пачка. Проверяется легко и просто, подходишь поближе и кричишь, например: «Дебил»! Нормальные никак не реагируют. Орет кто-то и орет, может он дурак. Но, обязательно найдутся те, кто чувствует за собой грех, и не первородный, вот они-то и начинают вопить: «Это ты мне сказал⁈».

— Что⁈

— И чего ты заладил «что» да «что»? — растянул губы я в снисходительной улыбке, внутренняя пружина сжалась, приготовился действовать, дернется, сразу резко ухожу вправо, перекатом… На плечо мне легла тяжелая рука Третьяка, чуть сжала.

— А ну закрылись, оба! — тут же взял под контроль ситуацию Гранит, — Москвич, касается тебя, если ты такой идиот, что не понимаешь, чем отличается наш дружный коллектив, который уже привык к твоим шуточкам и спускает все на тормозах, и новые люди, то всегда держи свою пасть на замке. Остряк, мать его так, недоучка! Не рой другому яму, как самому в ней? К тебе вопросов нет, Вальтер. Можешь быть свободен.

— Еще сочтемся… — прошипел Москвич, Каштан тоже буравил меня злым взглядом.

— Да, не вопрос. Где меня искать знаешь, а заблудишься, теперь я доступен и в общем канале, позывной — Вальтер, — развернулся, и пошел допивать кофе. Всегда так, подобные хохмачи, верят в собственную исключительность, и почему-то теряют иммунитет к зеркальным забавам других. И разводятся на раз. Так что, верно сказал Гранит, не нужно рыть другому яму. Вежливо и спокойно надо общаться, особенно с людьми незнакомыми, от которых даже не знаешь, чего ожидать. Но, если бы все действовали в этом русле, не только меньше ссор было бы, но и могил на кладбищах.

— Нормально все! Внимания не обращай, — минут через десять уселся рядом со мной Третьяк, — Москвич и Каштан палку порой перегибают, но парни надежные, в деле не раз и не два проверены. С Каштаном я даже в одном отряде стронгов был, с год где-то мы там развлекались. Не скажу, что друзья, но спину друг другу прикроем.

А вот это уже намек, но меня он не задевает, и особо не касается. Друзья не друзья, флаг вам в руки и барабан на шею.