Ящики, не такие уж громоздкие по габаритам, весили более трех пудов каждый. Брать приходилось вдвоем, ноги вязли в рыхлом песке. Застоявшийся Пашка пустил в ход свои пролетарские мускулы, работал за двоих. С первыми ящиками управились, потом дело пошло хуже. С трудом получалось выволочь ящик из раскопа. Проклятый дождь усилился. Герман вяз по колено, Пашка кряхтел, пыжился, но увязал еще глубже. Потом Пашку отправили снимать с брички упряжь. Прапорщик сидел на штабеле, смотрел на силуэт амазонки на фоне меркнущего неба. Катя материлась негромко, но изощренно. Вдруг осеклась. Герман потянулся к винтовке. Катя, глядя на кого-то за бруствером, хмуро спросила: — Что, так и видел? — Так и видел, — согласился Прот. Подошел ближе, заглянул в яму: — Ого! И как вы столько накопали? — С божьей помощью, — сухо сказала предводительница. — Ты чего приперся, Нострадамус? Что вам велено было? — Я доложить. Вита на тропинке «натяжку» нашла. Как вы говорили — с бомбой. И проволочка натянута. — Вашу мать! Не трогать! Не подходить! — Да что вы, Екатерина Георгиевна. Мы сразу отошли. Я предупредить пришел. Там прогалина, с лошадями вдруг пойдете. Уже темнеет. Мало ли… — Хорошо. До рассвета в ту сторону даже не смотреть. Там, если и заяц зацепит, осколки так лягут — мало не покажется. — Ладно. Я пошел, Павлу с лошадьми помогу, — мальчик попятился, явно преодолевая желание зажать нос. — Совсем мы с вами завонялись, господин прапорщик, — пробормотала Катя. — Сейчас бы какую-нибудь баню штурмом взять. Представить совместное мытье в бане с амазонкой-археологом у Германа сил уже не оставалось. Пришел Пашка с ремнями, вновь пришлось напрячься. Перевозили ящики в четыре приема. В конце концов, и Герман начал материться — подобные объемы такелажных работ ему и не снились. Как сдирал вонючую одежду, как ужинали — не помнил. Спал на ящиках Пробирного Управления. Было неудобно, босые ноги все время высовывались из-под короткой шинели. Глава 10 Эх, яблочко, Да цвета зрелого… Любила красного, Любила белого. «Яблочко». Вариант Мы должны взять буржуазию в клещи, но как? Л.Д. Троцкий. Из доклада Совету народных комиссаров — Недостача, однако, — сказала Катя. Один из ящиков оказался вскрыт. Ряды симпатичных столбиков пятнадцатирублевок, завернутых в белую пергаментную бумагу, слегка поредели. Обидно. Похоже, не просто золотишко, а нумизматическая редкость. Десять остальных ящиков наполняли неподъемные слитки. В двенадцатом оказалась несуразная смесь ювелирных побрякушек, монет и золотого лома