— Не надо. Бабский не скажет. Теперь это мой человек. Я на это надеюсь, — ответил я и поторопился: — Прости, обещал Ольге, что не задержусь у тебя долго. Она, наверное, там вся извелась.
— Зови Ковалевскую, — подтолкнула меня Глория. — Потом поговорим об угрозе для тебя со стороны Верховной Коллегии. Уверяю, здесь я могу быть тебе намного полезнее, чем Денис Филофеевич. Он просто не знает, как там все устроено. Кстати, Бондарева точно не беременна от тебя?
— Нет. Обещаю, — отозвался я по пути к двери.
Когда я вышел, то увидел Ольгу, сидевшую уже на другом диване. Рядом что-то энергично объяснявшего ей Бабского. Элизабет беспокойно расхаживала по залу.
— Ольга Борисовна, прошу! Ее величество желает вас видеть! — позвал я, не отходя от караульных гвардейцев.
— Я не пойду! — Ковалевская встала.
— Оль, — я быстро подошел к ней, взял ее под руку и, уводя от Бабского, зашептал: — Оль, пожалуйста, так надо. Я обещал, что тебя приведу, она в свою очередь пообещала, что этот разговор не станет для тебя неприятным. Полагаю, она хочет замять прошлое, может в чем-то извиниться перед твоей семьей через тебя. Уступи мне и ей, и прошу, будь снисходительной.
— Правда? Как-то очень не похоже на Глорию то, что ты сказал сейчас, — Ковалевская, нахмурив брови, глянула в сторону двери в покои императрицы.
— Правда, — заверил я. — Вспомни наши прежние разговоры о ней. Ведь ты сама знаешь, что там не все однозначно, и у Глории тоже есть своя правда.
— Хорошо. Но если мне что-то не понравится, я сразу уйду, и даже ты меня не остановишь, — убрав мою руку, Ковалевская решительно направилась к покоям ее величества.
Я успел предупредить караульных:
— Ее величество ждет княгиню! — и вошел следом за своей невестой.
Мы прошли в комнату, в которой я только что общался с Глорией. На столе по-прежнему лежали Таблички Панди и драгоценное колье, подаренное виконтом.
— Здравия ваше императорское величество, — с небрежностью сказала Ковалевская.
— Проходите, Ольга Борисовна. Понимаю, вы не стремились видеть меня, но иногда наступает такое время, что людям есть о чем поговорить и их разговор может стать взаимно полезным. Присаживайтесь, — Глория указала на диван и стоявшее рядом кресло, затем неожиданно обратилась ко мне: — Александр Петрович, оставьте нас наедине.
— Ваше величество, я бы хотел присутствовать. Ольга Борисовна без меня может почувствовать себя неуютно, — возразил я, не ожидая такого поворота.
— И все же я попрошу. Мне придется тронуть некоторые вопросы, касающееся прошлого, которого вы можете не знать. Быть может Ольга Борисовна не пожелает говорить о них при вас. К тому же это разговор двух женщин, в котором не всегда должен присутствовать мужчина, — настояла англичанка.