— Ищешь подвоха? Его нет. Правда. Просто я соскучилась по тебе. Видишь, даже не ругаю за Бондареву, хотя как бы должна, чтобы ты не думал, будто тебе позволено так много. Кстати, спасибо за цветы от мамы. Она только вернулась из университета, и к нам доставка с двумя огромными букетами — так приятно, — став на носочки Ольга поцеловала меня.
В этот момент по говорителю раздался голос дворецкого:
— Ваше сиятельство, Александр Петрович, просьба прибыть с Ольгой Борисовной к обеду! Елена Викторовна ожидает!
Раз сама Елена Викторовна ожидает, то здесь двух мнений быть не может. Я взял Ольгу под руку, и мы вышли из моей комнаты.
Когда мы спустились по лестнице и почти дошли до столовой, раздался звонок во входную дверь. Я обернулся, видя в окно большой темно-серый «Буцефал» с затемненными стеклами. Эрмик стоял у порога нашего дома, и похоже, в нем были люди, как минимум трое. Антон Максимович открыл дверь, и в прихожую тут же ворвался незнакомец в черном с кожаными вставками костюме.
— Я из императорской канцелярии. Мне графа Елецкого. Срочно! — он сунул дворецкому какой-то жетон.
Из гостиной тут же появился Денис со своими охранниками.
Глава 8 Все боятся Ковалевскую
Вот такие дела, едва я вернулся домой, а порог уже оббивают посланники императорской канцелярии по каким-то крайне срочным вопросам.
— Александр Петрович… — дворецкий вопросительно глянул на меня, полагая, что я слышал обращение гостя.
— Оль, здесь подождешь или проводить в столовую? — спросил я, отпуская ее руку.
— Здесь. Надеюсь, он не испортит наш сегодняшний вечер? — встревоженно сказала Ковалевская. — Если тебя вызывают, ты никуда не поедешь. Я Денису наберу — пусть разберется с ними.
— Думаю, обойдемся без помощи Дениса, — я подмигнул ей и направился к гостю в строгом черном костюме.
— Здравия, ваше сиятельство! — приветствовал он, когда я подошел. Гость показал серебряный жетон на кожаной подложке и представился: — Платон Егорович Краевский, из императорской канцелярии. Ваше сиятельство, мы могли бы переговорить наедине? У меня есть кое-что для вас, — он потряс небольшим свертком, который держал в левой руке. — Очень важное!
— Надеюсь, разговор не долгий? — уточнил я и оглянулся на Ковалевскую. — А то моя дама рассердится. Княгиня очень не любит, когда я оставляю ее без внимания.
— Так я отчасти как раз по этому вопросу. Полон заботы о ней, — с улыбкой ответил императорский посланец, и его слова меня весьма удивили.
Каким боком здесь может появляться кто-либо по вопросам, касающимся Ольги Борисовны⁈ Ковалевская, наверное, слышала нашу беседу и насторожилась.