Обстановку я оценил раньше, чем пробежал четверть коридора. Хоррагов было трое. Один внешне подобный жрецу Яотла — в костяной маске, украшенной перьями, вооруженный ритуальными кинжалами. Два других похожих на старших воинов-ацтеков в бронзовых нагрудниках, с щитами и копьями. Разумеется, и их одежда, и оружие, так же, как и их тела не были полноценно физическими. В этом и крылась серьезная сложность. Сейчас один размахивает кинжалами, но они в его руках могут с легкостью превратиться в оружие более опасное, в зависимости, каким незримым арсеналом он обладает.

То ли Володя, то ли Слава Клочков — один из тех, близнецов Варшавского — занял позицию у двери в гостевую комнату и вел прицельный огонь из «Нежности». Однако, толка от его точных выстрелов было мало: пули пробивали хоррагов насквозь, отбрасывали их назад на метр-полтора, но в остальном не причиняли им вреда. Чуть больше прока было от атак Семена Гурьева. Он, заслоняя приоткрытую дверь в покои Елены Викторовны левой рукой держал какой-то рыхлый магический щит, правой кастовал температурную магию. Ярко-синие кристаллы срывались с его пальцев и быстрыми искрами неслись к наседающим хоррагам — холод замедлял их, пробивал в телах дыры, которые быстро затягивались. Стену слева покрывала белая шуба изморози.

— Бей электромагией! — крикнул я ему, сам активируя в правую руку «Гнев Небес». Я спешил: в первый миг меня даже тряхнуло от собственного разряда. По коже правой руки пошел зуд. Пальцы вспыхнули синевато-фиолетовым светом.

Одновременно, выстрелы внизу стихли. Донесся чей-то одиночный, но очень громкий, отчаянный вскрик. У меня возникло горькое предчувствие, что первый этаж нашего дома пал. Денис и двое ребят из охраны, второй Клочков и Ахмет Сабиров… Не знаю точно, что с ними, но предчувствие пришло крайне хреновое. Я успел ударить, развернувшегося ко мне хоррага, превращая его призрачное тело в клубок шипящих электрических змей. Он упал, теряя прежнюю форму, корчась и трясясь — к сожалению, этот удар его не задержит надолго.

На лестнице появилось еще две сущности, в этот раз точно призванные астральные. За ними маг, одетый в два слоя магической защиты, сияющей точно туэрлиновый кристалл.

Вот тут-то все и завертелось для нас самым неприятным образом. Тот хорраг, что был в облике жреца Яотла, мигом сменил ритуальные кинжалы на темную сферу, размером с крупное яблоко. Метнул ее в сторону Клочкова. Сфера разорвалась потоками обжигающего пламени. Жаром обдало даже меня, хотя я находился шагах в тридцати, напротив лестницы. Клочков скорее всего сгорел сразу — я просто не видел его мучений в ярких языках огня. Гурьев, не успев докастовать что-то из своего электрического арсенала, упал на пол, пытаясь сбить пламя с одежды.