— Как сделаем? — князь замер, ожидая очередной идеи Принцессы Ночи.

— Нормально сделаем. Подожди пока, — Талия удалилась в спальню и вскоре вернулась в новом наряде, подходившем по ее мнению под головной убор.

А то как-то нехорошо получалось, у нее в гардеробе имелось уже несколько шапочек и цилиндров, но они как-то особо не носились. И хотя голову госпожи Евстафьевой рога больше не украшали, и прятать было нечего, этот цилиндр ей явно придавал солидности. Вот так, пусть папа знает, что она практически княгиня. И главное, пусть об этом узнает ее мачеха — эта старая шлюха Светлана Ионовна, которую Принцесса Ночи, мягко говоря, недолюбливала с первого дня появления в их доме.

— Ну так как сделаем? — напомнил Геннадий Дорофеевич.

— Что как? — не поняла Процесса Ночи повертевшись перед большим зеркалом и забраковав этот наряд тоже.

— Как сделаем, если ты замуж за меня хочешь, а не хочешь быть Мышкиной? — напомнил он.

— Аид дери, Гена, ты что тупой? Просто сделаем: я выйду пока за Мышкина, чтобы долго не ждать, а потом сменим фамилию. Сам подумай, Талия Мышкина — по-идиотски звучит. Чего уже не Талия Тараканова или Червякова? Мы нормальную фамилию выберем, такую чтобы звучала как гром Перуна: солидно и грозно, — сняв цилиндр, произнесла она.

— Но, дорогая моя, это же родовое имя. Оно же связывает нас с древним и очень известным родом князей Мышкиных! — попытался пояснить ей Геннадий Дорофеевич.

— Послушай меня, дорогой мой. Давай будем честны: ни ты, ни я не имеем никакого отношения к этому роду. И зачем нам цепляться за чужой род, если мы можем положить основание нашему роду, с нормальной фамилией, который станет не менее славным. Все, давай, определяйся окончательно с костюмом и надо уже собираться, — сказала баронесса и направилась в спальню.

Примерно через час новенький, представительный «Гермес 03 Респект», описав дугу над Нагатинским затоном, опустился на лужайке ровно перед особняком Евстафьевых.

— Егор! — перед люком баронесса обернулась к пилоту.

— Да, ваше высочество! — он круто повернулся к ней, не вставая с кресла.

— Мы можем застрять здесь надолго. Жди, — распорядилась она, и сошла по коротенькому трапу.

Князь Мышкин, чуть задержавшись возле зеркала, поправив темно-коричневую бабочку на шее, нагнал ее уже на мощеной дорожке, что вела к дому барона Евстафьева. Там князь взял свою невесту под руку, и дальше они пошли как вполне состоявшаяся пара. Когда они обогнули клумбу желтых тюльпанов, на ступенях дома появились люди. Еще издали Талия узнала: прислугу толстушку Дарью Кузьминичну, Федора и Максима, а потом из дверей вышел отец и сердце баронессы судорожно вздрогнуло. Она ускорила шаг, увлекая за собой Геннадия Дорофеевича.