— Всё равно, я считаю, что это как-то неправильно, — произнесла она.

— Неправильно — это брать меня в плен и заставлять оплодотворять женщин! — ответил я. — А всё остальное — это последствия! Шахиншах, сука ёбаная… Нет, просто так он у меня не умрёт…

— Мне кажется, ты стал каким-то более жестоким, — поделилась Лапша ощущениями. — Куда делся тот жизнерадостный Костя, который старался решать всё миром?

— Я всё ещё жизнерадостный и до сих пор стараюсь решать всё миром, — возразил я ей. — Но с гондонами иначе никак: они издевались надо мной, морили меня голодом, заставляли биться на арене, а потом и трахать каких-то левых женщин, которых тоже никто не спрашивал! Они держат рабов и являются отборными пидарасами — иначе с ними нельзя. Я найду и изнасилую каждого…

— Извини, что снова подняла эту тему, — попросила Лапша. — Я не знала, что это до сих пор так царапает тебя.

— Ничего меня не царапает! — воскликнул я. — Я дал слово, что найду и заставлю Баграма №6 заплатить цену за всё, что он сделал. Ещё я дал слово, что найду султана Бейбарса №3 и грохну его, как суку! Никто не заставлял их делать то, что они делают, поэтому платить они будут за собственные поступки! Я — это лишь последствие принятых ими решений!

— Я тебя понимаю, Костя, — ответила мне Лапша. — Но кажется мне, что ты слишком уж загоняешься. Нельзя жить ради мести.

— Да я забуду об этих пидарасах в тот момент, когда они сдохнут, — пообещал я ей. — И буду жить дальше. Но пока они продолжают портить нашу экологию своим вонючим дыханием, я не успокоюсь и не остановлюсь…

— Ладно, — пожав плечами, сказала Лапша.

Дальше мы ехали молча, потому что она решила не разгонять тему, а вместо этого сконцентрировалась на вождении, а я полностью погрузился в отслеживание возможных угроз.

Маршрут, по которому мы движемся, давно проверен и считается спокойным, но звери редко сидят на месте, поэтому нет никакой стабильности, и всегда существует вероятность напороться на какую-нибудь тварь, вдруг решившую, что надо срочно попутешествовать, пока не настигла старость.

Но, к счастью, доставка грузов прошла без эксцессов и нарушения графика, поэтому мы приехали к Ханакину примерно к шести часам утра, и нам были очень рады.

— Студик, Лапша! — воскликнул встретивший нас у здания склада Муравей. — Вы не представляете себе, как я рад вас видеть!

— Привет, Мура, — ответила ему Лапша.

— Даров, Муравей! — приветствовал я его и вышел из кабины фуры. — Как твоё ничего?

— Да ничего, ха-ха-ха! — ответил он и рассмеялся. — У нас тут произошла небольшая война с персами — они попытались пробить наш опорник и даже задействовали дроны, но мы отбились. Правда, теперь патронов почти нет…