Потом она, тяжело дыша, смотрит мне в глаза, прямо в самую душу и…вонзает нож в мой бок, в то самое место, где у нее пулевое. Забавно, но ощущается это так, будто она меня помечает.
Все так же не сводя с меня глаз, она вынимает лезвие и толкает меня. Я отступаю, прижав руку к ране, и потеряв равновесие, падаю на колени.
Знаете, что самое дерьмовое в данной ситуации? В целом, я именно там, где и хочу быть. На коленях. Перед моей гребанной женой.
– Спасибо за это увлекательное свидание. – произносит, спрыгивая со стола, и я подмечаю, что колени у нее слегка дрожат. – Но мне еще нужно спланировать убийство, так что я пойду.
И она правда уходит. Прямо через гребанную парадную дверь.
33
Сандро
– Вы простоповздорили ? – выгибает бровь Михель, окидывая разрушенную столовую скептическим взглядом.
Горничные продолжают выносить стекло и сломанную мебель, но больше всего, конечно, досталось гостиной.
– Да. – отвечаю своему капо, отхлебнув эспрессо со своего места.
– И это никак не связано с клубом, который мы вчера сожгли?
– Нет.
Вико, сидящий напротив Михеля не выглядит убежденным. Но я скорее съем свои яйца, чем признаю, что это Елена сломала ему руку. Мне и без того трудно сдерживаться, потому что теперь то я знаю,что бы он сделал с ней, если бы она его не остановила. Ему повезло, что я раньше не узнал о том, кто такая Жаклин Дебуа.
– И этоона тебя так отделала? – спрашивает Вико, откинувшись на спинку кресла.
Я знаю, как сейчас выгляжу. У меня снова разбита губа, порезана щека, а под костюмом еще куча синяков и порезов. Док приходил ночью и зашил ножевую рану, сказав, что либо мне необычайно повезло, либо тот, кто ударил, намеренно не хотел причинять серьезного вреда, ведь ни один орган не был задет.
Да, моя жена невероятно заботлива.
– Она узнала о моих визитах к Катарине. – сообщаю Вико, глядя на него так, чтобы онпонял , что больше я это обсуждать не намерен. Он стискивает челюсти, но опускает взгляд.
– Ооо. – присвистывает Михель. – В таком случае, повезло, что ты еще жив остался. Яйца на месте?
Бросаю на него хмурый взгляд, и он прикусывает язык. Поднимаю глаза к Антонио, который стоит в углу столовой.
– Заметил ли ты вчера кого-то похожего на Елену у клуба?
Да, заметил, и еще ночью мне доложил, но Антонио отличный солдат, и поэтому…
– Нет, сэр. Никого. Мы так же не смогли точно определить работающих там девушек.
Потому что все всегда носили маски. Никто ни разу не видел их лиц, и что-то мне подсказывает, что они так же постоянно меняли себе волосы, одежду и прочее дерьмо.
Черт, она хороша. У меня снова привстал.