– Хм. А ты у нас жена Ломбарди, если мне не изменяет память. Верно?
Я напрягаюсь, пытаясь понять, что за мыслишки вращаются в его лысой голове.
– Почему вы подыграли нам?
– Я уже сказал…
– Да, но ведь дело не только в моем отце. Он мертв, босс сменился. Так зачем вам помогать нам?
Доминик вздыхает.
– Думаю, ты и сама знаешь ответ.
– Вы пытаетесь решить, чью сторону занять.
Он не соглашается, но и не отрицает.
– А еще вам не по душе, что Орландо связался с Чикаго.
– Корона никогда не нуждалась в помощи со стороны.
Я пожимаю плечами.
– Отчаянные времена…
– Ага. – кивает на дверь. – Можешь идти.
Разворачиваюсь и хватаюсь за ручку.
– И помни, у вас есть время только до окончания боев. Чтобы вы там ни собирались делать.
С мафиозного это переводится как «Я не против, если вы грохните моего капо, но если обосретесь, помощи не ждите».
21
Елена
Белла с моими сестрами ждет меня в коридоре, когда выхожу.
– Ну наконец-то. – раздраженно бросает она так, будто этот не ее отец меня задержал.
Развернувшись на месте, она направляется дальше по коридору к лестнице, ведущей вниз. Эдда молча двигается следом, а Бьянка ждет, пока я догоню их. Когда подхожу к ней, предлагает мне жвачку. Я отказываюсь, и она пожимает плечами, будто мы просто выбрались вместе на шоппинг, а не встретились в мафиозном сердце Лас-Вегаса.
Именно поэтому из трех моих сестер, я ближе всего к ней. Что бы ни произошло, Бьянка ко всему относится как к игре или незначительной грязи на своих ботинках. Лишь однажды я видела ее предельно серьезной и подавленной – то был день смерти нашего племянника Лукаса.
Сейчас же обычная суббота, и поэтому моя сестра совершенно расслабленно надувает пузырь жвачки и спускается на нижний этаж. Сквозь обшарпанные стены доносится музыка и рев собравшейся толпы. Белла толкает дверь справа, и это оказывается что-то вроде небольшой женской раздевалки. Справа вдоль стены железные шкафчики, слева зеркала и два заваленных косметикой стола, в центре деревянная скамья. Именно на нее тут же опускается Эдда.
– Ждите здесь. – бросает нам Белла и куда-то уходит.
Я жду, пока дверь за ней закроется и выпаливаю, скрестив руки на груди:
– Вы разве не должны быть на свадьбе? Какого хрена вы здесь забыли?
– Можем спросить тебя о том же. – резко вскидывает голову Эдда, теперь я отчетливо вижу ее гнев и раздражение, только вот дело не в моем присутствии, в чем-то другом…
– Доминика послала нас разнюхать, замышляет ли что-то гаденыш Конте. – отвечает Бьянка открывая первый попавшийся шкафчик и разглядывая его содержимое. – Я не смогла получить доступ к здешним камерам, кто-то их вырубил. – разворачивается ко мне и пожимает плечами. – Пришлось действовать постаринке, и вот мы здесь.