В глубинах подземелий у меня ещё оставались кое-какие трофеи, что не влезли в новенький рюкзак. В том числе там находился и обрез. В магазине Дожа точно такой же стоил двадцать тысяч кредитов. Мне не хотелось расставаться с оружием, которое спасло мне жизнь во время схватки с блондином, но желание заполучить симбионта перевесило.

Прямо из магазина я направился к воротам сектора, чтобы забрать оставшиеся трофеи.

— Принимай, — сказал я Дожу спустя пару часов и нескольких убитых ползунов.

Торговец пристально посмотрел на вещи, после чего на меня.

— Это всё? Или ещё принесёшь? — спросил он.

— Больше ничего нет, — ответил я.

— Хорошо, тогда могу сразу сказать, что даже так здесь не хватает пары тысяч, — Дож задумался, после чего махнул рукой. — Ладно, забирай. Всё равно прибыль с него не получить, но ты мне будешь должен ещё три тысячи. С оплатой торопить не буду, главное, не подохни в туннелях.

— Договорились, — хмыкнул я.

Дож сходил к полке с визорами, и забрал оттуда склянку с симбионтом. На лице торговца сияла улыбка. Не удивлюсь, если я за несколько часов принёс ему больше прибыли, чем все охотники за последнюю неделю.

— Не передумал? — спросил он и поставил товар на прилавок.

— Нет.

— Тогда подготовься. По слухам, тебя ждут непередаваемые три дня…

В свою каморку я вернулся в приподнятом настроении. Мне удалось заполучить то, о чём я думал последние дни. И пусть я сейчас остался без единого кредита в кармане, я не унывал. Еда и вода есть, у торговца продуктами остался небольшой запас мяса, в комнате появилась плитка, на которой его можно приготовить.

Снизу на склянке находилась инструкция к применению. Оказалось всё донельзя просто. Нужно открыть крышку и влить в себя содержимое, в том числе и эор, который и станет строительным материалом для симбионта.

На вкус жидкость оказалась слегка горьковатой и очень холодной, но это ничто по сравнению с тем, как отреагировало тело. Меня распирало от желания побежать, схлестнуться с противниками или немедленно приступить к тренировкам. Мышцы на теле набухли, в них поселился зуд.

Спустя десять минут всё поменялось. Место эйфории заняла боль. Кое-как я добрался до кровати и упал на неё спиной вверх. Из меня будто высосали все силы, даже просто перевернуться на спину казалось непосильной задачей.

Всё тело покрылось холодным потом, внутренности проморозило. Мне казалось, будто я медленно умирал. Вскоре я отключился.

За последующие четыре дня я несколько раз приходил в сознание. Успевал немногое. Организм требовал еды и воды. Сухие пайки отправлялись в желудок один за другим. Один раз сумел по стене доковылять до душа и ополоснуться от белой плёнки, что покрыла тело.