Четыре эскадры окружили Куб, как называлась самая большая станция над одним из шести столичных миров. От каждой из эскадр отделился корабль. Тризор знал их названия: «Ярость», «Возмездие», «Грех», «Пламя». Каждый из этих гигантов почти в десять раз превосходил стандартный имперский линкор. «Ярость», например, имела в длину почти тридцать километров и насчитывала до ста тысяч человек команды. Три остальных флагмана ничем не уступали первому кораблю.

— Братья и сёстры, я не доставлю вам милости и не стану встречать вас лично у посадочных аппарелей, — усмехнулся Тризор.

Великий знал, о чём пойдёт разговор, и то, что он не будет простым. Когда-то самые близкие люди в галактике отдалились друг от друга и теперь относились с подозрением. Хотя какая разница? Никто из них не станет нападать друг на друга. Это просто не имело смысла…

Прошло полчаса, и Тризор почувствовал прилив сил. Четыре главы других домов высадились на Кубе и теперь шли к нему. Ни с чем не сравнимое чувство захлестнуло Великого. Его тело пело, силы, казалось, утроились. Он готов был вступить в схватку с кем угодно. И выйти из неё победителем.

Так всегда происходило, когда он встречался сразу с несколькими Великими. Почему так происходило, оставалось для него загадкой. На секунду его мысли нырнули в тысячелетия назад, он мысленно почувствовал истинное величие того времени.

— Нет, — Тризор резко мотнул головой и поморщился.

Этого лёгкого раздражения хватило, чтобы по сотням колонн огромного зала побежали тысячи молний. Четыре главы великих домов были уже в соседнем коридоре. Он ощущал каждого словно частичку себя. Лея — глава Великого дома Римн, повелительница огня. Дагорион из дома Реншат. Сильнейший менталист империи, способный свести с ума сотни тысяч людей одной своей мыслью. Валорис из дома Вотар — самый спокойный из них. Повелитель глубин и воздуха. И последний, Рашат из дома Аэгир. Природа его силы всегда оставалась загадкой, но для большинства он был Повелителем Тверди.

Огромные двустворчатые двери почти пятидесяти метров в высоту с множеством барельефов из золота распахнулись.

— Рад приветствовать вас, друзья, — с лёгким поклоном сказал Тризор.

Ему никто не ответил. Четвёрка продолжала быстро приближаться. По тому, как огненно-рыжие волосы Леи начали наливаться огнём, Тризор понял, Вечная крайне раздражена. Трое остальных тоже не выглядели радостными.

— Тризор, как это понимать? Почему мы узнаём ПОДОБНЫЕ новости чуть ли не последними? — прорычал Дагорион, когда оказался в нескольких метрах от Тризора.