Как предупреждение. Я не стала биться. Не стала кричать. Инстинкт выживальщицы, отточенный годами бегства, ожогов, магии, вырывающейся наружу вопреки воле, сработал мгновенно. Я замерла. Оценила. Почувствовала структуру массы под ногами. Она сопротивлялась не физически. Она сопротивлялась энергетически. Чем больше ты борешься, тем глубже она тянет. Чем сильнее страх, тем плотнее она становится. Это была не ловушка. Это было зеркало. Я услышала, как за моей спиной тяжело упал рюкзак. Как колени ударились о влажный мох. Как его руки вцепились в мои предплечья. Крепко. Жёстко. Пальцы дрожали. Не от холода. От напряжения. От паники, которую он пытался загнать обратно в клетку, но которая уже рвалась наружу. — Не тяни! — выдохнула я, глядя ему в глаза. Моя голова была выше уровня массы, но я чувствовала, как холод поднимается к ушам. Ткань штанов намокла, прилипла к коже, отяжелила. — Оно реагирует на силу! На сопротивление! Перестань бороться! Он не слушал. Не мог. Я видела это в его глазах. В расширенных зрачках, в напряжённых челюстных мышцах, в том, как побелели костяшки на моих руках. Страх, холодный и острый, ударил в него, парализуя рассудок, отключая всё, кроме одного инстинкта: *спасти. удержать. не потерять.* Он бросился рыть. Пальцы вонзились в холодную массу, разгребая, вычерпывая, пытаясь создать опору, вырыть яму, зацепиться за что-то твёрдое. Но масса тут же смыкалась обратно, обволакивая его запястья, затягивая его самого ближе к краю, затягивая меня глубже. Уже по пояс. Дыхание моё участилось. Не от нехватки воздуха. От давления. От того, как среда вокруг сгустилась, стала тяжёлой, вязкой, давящей на виски, на уши, на грудь. И тогда начался шёпот. Не внешний. Внутренний. Он поднимался из самой трясины, вибрировал в костях, просачивался в кровь, как холодный яд. Я чувствовала его не как слова. Как образы. Как тяжёлые, липкие мысли, которые не принадлежали мне, но откликались в нём. В Кейне. Трясина питалась не плотью. Она питалась сомнениями. Страхов. Невысказанных правд. Она вытягивала их из глубин, как корни вытягивают воду из камня, и шептала их прямо в сознание, усиливая, искажая, превращая в абсолютную истину. Она ведьма. Она сильнее тебя. Рано или поздно она соберёт все камни. Станет тем, кем должна быть. А ты? Ты просто сталь. Просто клинок. Ты нужен ей, пока есть дорога. А потом? Моя рука дёрнулась в его хватке. Пальцы соскользнули с её предплечья. Масса тут же рванула вниз. По грудь. Холод обжёг рёбра, сдавил диафрагму. Я сжала зубы, чтобы