— Что ты со мной сделала? — опасно тихо спросил лорд Даррантэ, тут же оказавшись рядом. А потом одним движением ухватил меня за горло, вздернул наверх и, словно я совсем ничего не весила, припечатал к стене. — Что ты сделала, ведьма⁈

Я смогла только захрипеть, отчаянно царапая его руку ногтями.

Ну же, Тэ…

Арчи, да скорее же, пока он меня не убил!

Но демон держал крепко. На помощь мне тоже никто не пришел. Вероятно, я все же плохо рассчитала время, и до полуночи, скорее всего, осталось каких-то несколько жалких минут, которых я, к сожалению, могу не пережить.

— Говори! — свистящим шепотом в третий раз потребовал ответа демон, и я, задыхаясь в его руках, вдруг увидела, как белки его глаз жутковато потемнели.

Его лицо исказилось. Красивые аристократические черты неожиданно поплыли, словно воск на солнце, а из-под них на мгновение выглянуло звериное нутро.

— Говори!

Впрочем, я, даже если бы и захотела, все равно не смогла бы произнести ни одного членораздельного слова. Пальцы демона сжимали мою шею так крепко, что я почти не могла дышать. У меня в глазах все помутилось. В ушах загрохотали невидимые колокола. И я была почти уверена, что сейчас умру…

Но демон вдруг так же неожиданно ослабил хватку, приблизив свое лицо к моему, прошипел:

— Ладно. Не хочешь по-хорошему, будет по-плохому.

Тьма… куда уж хуже! Я и так сейчас бесславно помру!

Когда он разжал руку, я во второй раз грохнулась на пол и, больно об него ударившись, распласталась по нему мятой тряпкой, судорожно пытаясь протолкнуть в перехваченное спазмом горло хотя бы один глоток воздуха.

Демон же тем временем отошел к столу, одним движением смел на пол все, что лежало на столешнице. После чего нагнулся, подобрал с пола блеснувший среди бумаг нож для бумаги. Ловко крутанул его сильными пальцами. Чему-то усмехнулся. А затем вернулся, второй рукой снова ухватил меня за глотку и, без малейших усилий подняв в воздух, потащил к столу.

Я сопротивлялась отчаянно. Брыкалась, царапалась, хрипела. Неоднократно пыталась его укусить, но тщетно — демон не обратил ни на укусы, ни на царапины от ногтей ни малейшего внимания. А мои жалкие попытки освободиться вообще не произвели на него впечатления, так что он без труда приволок меня куда нужно, одним движением взметнул вверх и, с размаху кинув на стол, с силой припечатал к столешнице.

У меня от удара из груди вырвался невольный всхлип. Да и затылком я треснулась так, что искры из глаз посыпались, а в отчаянно гудящей голове снова все помутилось.

На какое-то время возможность сопротивляться я все-таки утратила. Была почти полностью дезориентирована, практически обездвижена растекшейся по телу болью. А все, что я сейчас могла, это лишь сдавленно хрипеть и мотать головой в попытке хоть немного прийти в себя. Поэтому я не сумела воспротивиться, когда демон одним движением разорвал тугой лиф на моем платье, затем сорвал тонкую ткань прочь и, оставив на мне лишь полупрозрачную сорочку, низко наклонился.