— Можешь кричать. Я люблю слушать чужие крики.
Одной рукой он с силой прижал мои запястья к столу, да так, что они едва не хрустнули. Остро отточенный нож во второй раз вдруг запорхал перед моими глазами, как бабочка.
И вот тогда мне стало по-настоящему страшно.
Лежа перед демоном, как распластанная перед вивисектором лягушка, я вдруг поняла, что смерть — далеко не самое жуткое, что может сотворить со мной обожающий кровавые развлечения демон. Я находилась в полной его власти. И у меня не было против него ни единого шанса…
И все-таки сдаваться я не собиралась. Выгнувшись, я забилась под ним, как сумасшедшая. Вскинув голову, попыталась цапнуть его зубами за горло. Затем извернулась, толкнула его бедром, вынудив ненадолго отвлечься. После чего сообразила, что ноги-то у меня еще свободны, после чего согнула колено и что было сил ударила демона в бок.
Тот слегка поморщился, покачнулся, а потом вдруг повел бровями, и я почувствовала, как на меня сверху навалилась невыносимая тяжесть. Грудь сдавило, словно тисками. И без того тяжелая голова стала совсем чугунной. На руки и ноги тоже словно гири навесили, поэтому брыкаться с той же силой, как раньше, я уже не смогла. А когда демон прищурился и давление резко возросло, я и вовсе с отчаянным всхлипом распласталась перед ним, как придавленная тяжелым сапогом крыса.
— Кто тебя подослал? — снова склонился надо мной демон. — Зачем ты пришла?
— Да пошел ты… — только и смогла выдохнуть я.
— КТО ТЕБЯ ПОСЛАЛ⁈ — вдруг рявкнул он так, что меня от рванувшей из него мощи чуть не парализовало.
Что это за сила? Что за демоническая магия⁈
Я лежала и больше не могла пошевелить ни единым пальцем, хотя он вроде ничего особенного не делал, и даже не поняла, каким именно образом он смог меня обездвижить.
Вероятно, это тоже магия… особая, демоническая, о которых в книгах мастера Дэврэ не было написано ни единого слова. Какая-то разновидность ментальной магии? Врожденные способности Даррантэ, о которых мне ничего не было известно и которыми демон успел овладеть?
Хотелось бы, конечно, знать подробнее, но кто ж мне даст?
Тяжесть, придавившая меня к столу, была уже такой, что я даже плюнуть в него не смогла. А жаль. Это было бы эпически красиво. И я уже даже была согласна умереть, но только если бы точно знала, что последнее слово все-таки осталось за мной.
Мой взгляд неожиданно зацепился за стоящие на полке часы, а затем торопливо ушел в сторону, порождая целый сонм лихорадочно забегавших мыслей.
— Ладно, — усмехнулся демон. — Значит, я немного развлекусь. А ты, прежде чем я заберу твою душу, скрасишь мне время и все равно расскажешь все, что я хочу знать.