Кота я тоже предусмотрительно закутала в теплое покрывало. Оставшись без шерсти, он даже в теплом доме частенько мерз, но тут уж я ничего не могла поделать — действие моего зелья окончится только через месяц, так что о густой и пушистой шубе коту пока придется забыть.

Сам процесс перехода в потустороннее тоже оказался необычен. Я-то думала, тень откроет мне в стене что-то вроде прохода. Ну или дверь нарисует, в конце концов. Однако Тэ лишь показал знаком, что я должна повернуться к нему спиной, встать поближе к стене и не двигаться. Ну а когда я, прижимая Арчи к груди, послушно выполнила его просьбу, он просто вытянул вперед черные руки и крепко-крепко меня обнял.

Причем лишь вначале это действительно походило на объятия. Однако почти сразу тень начала стремительно увеличиваться в размерах и буквально растекаться по моему телу, словно большая жирная клякса. Вскоре сразу после этого я почувствовала холод. Причем очень и очень сильный холод, как в специальном магическом морозильнике, где у меня хранились особо важные зелья. И по мере того, как мое тело скрывалось… можно даже сказать, тонуло в окружившей его черноте, этот холод становился все сильнее.

Наконец настал момент, когда свободными остались лишь мое лицо и часть шеи, в которую сосредоточенно сопел тесно прижавшийся Арчи.

И вот тогда мне стало страшно. Погружаться в эту непроглядную черноту отчаянно не хотелось. Будучи живой, я инстинктивно стремилась держаться подальше от того, что ассоциировалось у меня с мертвым. Поэтому, как только чернота начала заливать мое лицо, я сжалась, напряглась, одновременно с этим стиснув и беднягу Арчи. От испуга мое сердце бешено заколотилось. Я часто задышала, с трудом справляясь с внезапно накатившей паникой…

Но тут кот осторожно лизнул меня в шею, и я от неожиданности замерла.

В то же мгновение чернота одним махом поднялась до потолка и накрыла нас с котом с головой. На какое-то время я ослепла, оглохла, а все, что я чувствовала, это неистовый холод, который окружал меня со всех сторон… И лишь небольшой теплый комочек на груди помогал помнить, что я еще живая. Тихо дыша мне в шею, Арчи словно ненавязчиво повторял, что я не одна. Молча говорил, что мне нечего бояться. Незаметно поддерживал, успокаивал, помогал стоять спокойно и дышать по-прежнему ровно. Даже тогда, когда опора у меня под ногами опасно дернулась и я пошатнулась, с немалым трудом сумев удержать равновесие.

Впрочем, длилось это совсем недолго. Пол у меня под ногами и вовсе вернулся на место практически сразу. Зато после этого черная пелена перед глазами начала постепенно сползать. Еще через несколько мгновений тьма отступила достаточно, чтобы я смогла облегченно вздохнуть. А потом чернота, словно занавес, окончательно спала, и мне удалось нормально оглядеться.